Читать книгу Горькое счастье, или Это я пишу в 6:58 утра - - Страница 11

Вечер после боя был горьким и молчаливым. Воздух в «Штрафной» всё ещё пахнет гарью и железом. Пустые гильзы звенят под ногами. Пулемёт Ванька, теперь почётный ветеран, остывал в проёме окна, ствол всё ещё тёплый.

Перевязки закончены, адреналин отступил, оставив после себя пустоту и усталость. Сидели в кругу, у импровизированного очага – железной бочки с тлеющими углями.

– Надо как-то назваться, – хрипло проговорил Ванёк, разглядывая свою закопчённую ладонь. – Не можем же мы вечно быть просто «теми парнями из «Штрафной».

– «Отверженные», – мрачно предложил Тима, потирая перевязанное плечо.

– Слишком пафосно, – тут же отрезала Кира. – Мы не на драме.

– «Щит и Ремень», – тихо сказала Соня, глядя на Ванька.

Все задумались. Звучало… правильно. Просто и понятно.

– А почему, собственно, мы? – Элен сидел, поджав ноги, его изящное лицо в свете углей казалось осунувшимся. – Почему мы иммунные? Почему наши девушки нас не отвергают? Почему я… вот такой? Есть ли в этом смысл? Или это просто случайная игра природы?

Вопрос повис в воздухе, тяжёлый и фундаментальный.

– Может, не в нас дело? – задумчиво сказала Кристи, глядя на огонь. – Может, дело в самом вирусе? Мы всё думаем, что он убивает связь между полами. А что, если он её… проверяет?

Все перевели на неё взгляд.

– Проверяет? – не понял Споттер.

– Ну да, – Кристи развела руками. – Как стресс-тест. Обычные связи, построенные на привычке, социальных нормах, поверхностном влечении, – они ломаются. А те, что глубже… настоящие… они выдерживают. Может, вирус не убивает любовь. Может, он её фильтрует. Очищает от всего лишнего.

В баре стало тихо. Мысль была ошеломляющей.

– Тогда выходит, мы не аномалия, – медленно проговорил Ванёк, глядя на Соню. – Мы… эталон?

– Не все, – Катя, до этого молчавшая, покачала головой. – Я пришла к вам позже. Моя связь с вами… она только формируется. Она прошла другой тест – тест на доверие и выбор. Но вирус меня тоже не тронул, когда я была рядом с вами. Значит, дело не только в заранее существовавшей сильной связи. Дело… в потенциале.

– А я? – Элен посмотрел на свои руки. – Во мне что, был потенциал… на это? – он обвёл всех жестом, не зная, как назвать свой внутренний разлад.

– В тебе был потенциал быть собой, – твёрдо сказала Соня. – Настоящим. Со всеми противоречиями. И вирус это… зафиксировал. А теперь твоя натура прорывается обратно, потому что ты нашёл среду, где тебя принимают. Где тебе не надо играть.

Элен замолчал, обдумывая.

– Значит, где-то ещё есть такие же, как мы, – с внезапной уверенностью сказал Ванёк. – Не может быть, чтобы мы были одни. Другие пары, другие группы, которые прошли этот «тест». Настоящие.

– «Щит и Ремень», – повторил Тима, уже не как предложение, а как констатацию факта. – Мы защищаем то, что настоящее. И скрепляем то, что распадается.

– Значит, мы не просто выживаем, – Ванёк поднял голову, и в его глазах впервые за этот вечер загорелся не огонь ярости, а искра цели. – Мы ищем других. Мы должны их найти. Объединиться.

Мысль витала в воздухе, заряженная новой энергией. Они были не просто кучкой выживших в заброшенном баре. Они были частью чего-то большего. Возможно, зародышем нового мира. Мира, построенного не на страхе и изоляции, а на чём-то настоящем, что даже вирус не смог сломать.

«Щит и Ремень». Звучало как клятва.