Читать книгу Горькое счастье, или Это я пишу в 6:58 утра - - Страница 13

Их первая попытка выйти в эфир с призывом ко «всем настоящим» оказалась не просто неудачной. Она была грубо оборвана.

– …Если есть те, кто слышит, кто… кто прошёл тот же тест, что и мы… – в эфире звучал голос Сони, немного дрожащий, но твёрдый.

Внезапно её речь заглушил резкий, механический шипящий звук. И затем в динамиках раздался новый голос. Искусственный, лишённый всяких эмоций, отчётливый, как удар скальпеля по стеклу.

«Внимание, аномальная группа, обозначенная как „Щит и Ремень“. Ваша передача прервана. Ваше существование зафиксировано. Ваши теории интересны, но ошибочны».

Все в баре замерли, уставившись на рацию.

– Кто это?! – рявкнул Ванёк в микрофон.

«Вы можете называть нас „Корректировщики“. Мы наблюдаем. Мы не заправляем этим. Мы… исправляем системные ошибки. То, что вы называете „вирусом“, – это не болезнь. Это Инструмент. Глобальная ревизия социальных связей».

Элен, сидевший рядом, сжался в комок. Его лицо побелело.

– Ревизия? – прошептал он. – Это… это что, кто-то намеренно всё это устроил?

«Ваша группа представляет собой статистическую погрешность. Связи, демонстрирующие аномальную устойчивость, не были предусмотрены исходными параметрами. Вы – сбой. Как и феномен субъекта Элен».

По спине Вани пробежал холодок. Они были для кого-то просто «сбоем». Ошибкой в алгоритме.

– Чего вы хотите? – спросила Катя, её голос был холоден и собран.

«У вас есть выбор. Самоуничтожение как группа. Или интеграция. Мы предлагаем вам сдаться для изучения. Это позволит усовершенствовать Инструмент и предотвратить появление подобных аномалий в будущем».

В воздухе повисло молчание, полное леденящего ужаса. Их не просто ненавидели «дикие» и опасались анклавы. На них смотрело нечто большее. Холодный, бездушный разум, считавший весь этот кошмар – «ревизией».

– Идите к чёрту, – тихо, но отчётливо сказал Ванёк.

«Ожидаемый ответ. Учтено. Имейте в виду: следующая наша коммуникация будет носить невербальный характер. Корректировка неизбежна».

Связь прервалась. В баре воцарилась оглушительная тишина, которую нарушал лишь лёгкий треск помех.

– «Корректировщики», – с ненавистью выдохнул Тима. – Значит, всё это… чей-то эксперимент?

– Хуже, – глухо проговорил Споттер. – Это чей-то… техногенный апокалипсис. Не война, не болезнь. Чистка.

Соня инстинктивно прижалась к Ваньку. Их романтика, их «настоящее», их любовь – всё это было всего лишь «статистической погрешностью» для каких-то «Корректировщиков».

Элен поднял на всех широко раскрытые глаза.

– Они придут за нами? Чтобы… изучить?

– Нет, – твёрдо сказала Кира, сжимая свой пистолет. – Они придут, чтобы стереть. Как ластиком.

Ванёк медленно обвёл взглядом своих людей. Их «Щит и Ремень». Они только что узнали, что всё, за что они боролись – их право любить, быть собой, – для кого-то было лишь сбоем в системе.

Он сжал кулаки. Глаза его горели.

– Значит, война только начинается. И теперь мы знаем, с кем воюем. Не с последствиями, а с причиной.

Они больше не были просто выжившими. Они были мятежниками. Восстанием живой, непредсказуемой человечности против бездушного алгоритма, против «Корректировщиков». И их следующей битвой будет битва не за выживание, а за саму душу человечества.