Читать книгу Песнь Разлома - Группа авторов - Страница 2

Прошло три месяца. Три месяца скитаний по окрестностям Аэтера, сопровождения богатых купцов, которые смотрели на него свысока, и попыток забыть вкус собственного разочарования. Пока не появился Таэль.

Кельмар выглядел не как пират или закаленный моряк, какими их часто описывали. Он был сухопарым, с тонкими, почти хрупкими пальцами, между которыми действительно виднелась легкая перепонка. Его кожа имела легкий сероватый оттенок, а глаза были цвета морской волны на глубине – темные, проницательные. Он носил не кожу, а практичную одежду из плотной, пропитанной воском ткани, усеянную карманами и приспособлениями для инструментов.

– Вы Кай Валерон? Мне нужен надежный проводник до подножия Разломленных Пиков, к Кристальной Башне, – сказал Таэль, его голос был тихим, но четким, без суеты. – Мне говорили, что вы знаете дорогу и не склонны задавать лишних вопросов.

– Знаю. И не склонен, – буркнул Кай, отпивая теплого пива в другой, уже более убогой таверне на окраине города. – Но дорога к Башне проходит мимо активного Эфирного Разлома. Местные его называют «Рычащей Бездной». Теневые Звери там не редкость. Цена возрастает втрое.

– Я ожидал этого. И готов платить, – Таэль положил на стол кошель, который зазвенел не золотом, а чистым звоном кристаллических осколков. – Плюс бонус, если доставим туда и обратно в целости. Мне нужна охрана для моих приборов больше, чем для себя.

Так они и отправились. Вместе с ними поехали двое наемников, молчаливые братья из Ветреных Долин, и мул, нагруженный странными аппаратами из полированной бронзы и матового стекла, которые тихо позванивали на ходу.

Дорога на север шла через пожелтевшие холмы Сердца Этерии. Воздух здесь всегда вибрировал от легкого напряжения, будто кто-то натянул над миром гигантскую струну. Призрачное напоминание о былом величии империи, чьи дороги они сейчас и топтали.

– Вы изучаете Разломы? – спросил Кай на третий день пути, не выдержав молчания. Ученый целыми днями что-то записывал в толстый журнал, сверялся с приборами.

– Я изучаю Эфир, – поправил его Таэль, не отрываясь от записи. – А Разломы – это симптомы болезни. Большинство хочет их прижечь раскаленным железом, то есть силой магии или, что глупее, просто завалить камнями. Я же считаю, что нужно понять причину лихорадки. Империя Аэтерион не просто так использовала кристаллы-источники. Они не запасали энергию, как аккумулятор. Они… калибровали реальность. Настраивали естественный поток Эфира, как плотины и каналы настраивают поток реки. Падение империи – это не просто война. Это как если бы все плотины на континенте вдруг рухнули одновременно. Сейчас мы видим последствия – дикие паводки Эфира, то есть Разломы.

– И что? Вы хотите построить новые плотины? – Кай усмехнулся.

– Я хочу найти чертежи старых, – серьезно ответил Таэль. – И доказать, что их можно починить. В Башне, по моим расчетам, должен был быть региональный стабилизатор. Если я найду хоть часть его схемы…

Он замолчал, увидев выражение лица Кая. Тот смотрел вперед, на горизонт. Там, где холмы сменялись зубчатыми силуэтами Разломленных Пиков, воздух мерцал. Не от жары. Он искрился, переливаясь болезненными фиолетово-изумрудными всполохами, как масляная пленка на воде. Оттуда доносился едва уловимый вой, похожий на скрежет камней под прессом.

– «Рычащая Бездна», – тихо сказал Кай. – Мы сворачиваем в обход. Дальше идем только ночью, когда активность Зверей ниже.

Братья-наемники молча кивнули, нервно пощупав рукояти своих секир.

Ночь застала их в узком каньоне, в миле от Разлома. Воздух здесь был густым, сладковато-горьким, им было тяжело дышать. Приборы Таэля трещали, как разозленные сверчки. Ученый не спал, он с жадностью снимал показания, его глаза горели в свете ручной эфирной лампы.

– Невероятно… Концентрация за пределами шкалы… И структура потока не хаотичная, есть паттерны, повторяющиеся циклы…

– Меньше шума, – прошипел один из братьев, Эйрик. – Они могут услышать.

Они услышали.

Сначала это был шелест осыпающегося щебня сверху. Потом – тихий, булькающий звук, будто кто-то шагает по глубокой грязи. Из темноты перед ними выплыла форма. Она была лишена постоянных очертаний: то напоминала многоножку размером с волка, то сплющивалась в пятно, то тянулась вверх, как дрожащий столб тени. Внутри нее плавали точки холодного света. Теневой Зверь.

– Не двигайтесь! – прошептал Кай, медленно вынимая из-за спины тяжелый арбалет, заряженный болтом с наконечником из «тихого железа» – сплава, ненадолго рассеивающего низкоуровневые эфирные формы.

Зверь «замер», будто принюхиваясь. Его внимание привлекли приборы Таэля. А точнее – слабое эфирное свечение их ядер.

– Черт, – выругался Кай и выстрелил.

Болт вонзился в массу, и та с шипением рассыпалась на мириады черных червячков, которые тут же начали сливаться обратно. Это дало им время.

– Бежим! К выходу из каньона! – скомандовал Кай, хватая Таэля за рукав.

Они бросились наутек, сопровождаемые яростным, беззвучным визгом рассерженного Зверя. Он преследовал их, перетекал по стенам, сжимая кольцо. Один из братьев, Бьярн, отстал, пытаясь отвлечь тварь ударом секиры. Его крик был коротким и влажным.

Они вывалились из каньона на открытое плато. Впереди, на фоне звезд, чернели острые пики. А прямо перед ними, в сотне шагов, высились руины Кристальной Башни – некогда идеальный шпиль, а теперь груда полупрозрачных, потускневших обломков, уходящих в землю. И между ними и Башней зиял Разлом.

Это была не дыра в земле. Это была трещина в воздухе. Вертикальный разрыв реальности длиной в десятки метров, от которого слезились глаза. Внутри клубились, рождались и умирали цвета, которых нет в природе. Звуки сводили с ума: отдаленный звон колоколов смешивался с рычанием зверя и шепотом на забытом языке. Земля вокруг была усеяна странными, мутировавшими растениями, светящимися изнутри, и кристаллами, выросшими хаотично, как раковая опухоль.

– Прямо через него! – закричал Таэль, не в силах оторвать взгляда. – Поток стабилен! Это редчайший феномен, окно! Мы можем…

– Мы сдохнем, если подойдем ближе! – оборвал его Кай, оглядываясь. Теневой Зверь выполз из каньона, его форма колыхалась, подпитываясь близостью Разлома.

И тогда из самой трещины вышел Он.

Это был не Зверь. Он был человекоподобным, собранным из того же мерцающего вещества, что и Разлом, но структурированным, осознанным. Его фигура напоминала воина в древних доспехах империи, а в руках он сжимал копье из сгущенного света. Лица не было, только маска из твердой энергии, но чувствовался взгляд. Полный такого презрения и скорби, что у Кая похолодело внутри.

Эфирный Призрак. Страж.

Призрак проигнорировал Теневого Зверя, который съежился и отполз, как побитая собака. Его внимание было приковано к людям. К осквернителям.

Он двинулся к ним. Не бежал. Шел. И каждый его шаг отпечатывался на земле мерцающим сиянием.

– Назад! – закричал Эйрик, бросаясь вперед с секирой.

Призрак даже не взмахнул копьем. Он просто посмотрел на наемника. И Эйрик застыл, обхватив голову руками, с тихим стоном рухнув на колени. Он видел что-то. Что-то ужасное.

Таэль что-то бормотал, лихорадочно копаясь в сумке. – Нужна частота… Надо найти резонансную…

Кай остался один на один с приближающейся безымянной силой. Инстинкт кричал бежать. Но за спиной был ученый, который платил ему, и беззащитный человек, корчащийся от боли. Остатки той самой чести, которую он похоронил в луже Аэтера, вдруг дернулись в груди.

Он поднял арбалет. Обычный болт. Бесполезный.

Призрак остановился в нескольких шагах. Его «взор» скользнул по Каю, и в голове прозвучал голос. Не звук, а прямое вливание смысла в сознание, холодное и металлическое: «Пыль. Насекомое. Ты топчешь священные камни Аэтериона. Твое дыхание оскверняет память мира. Исчезни».

Призрак поднял руку. В его ладони вспыхнула печать – сложная, вращающаяся геометрическая фигура из чистого эфира. Воздух затрещал.

Кай понял, что умрет. И в этот миг кроме страха он почувствовал только одно: яростное, всепоглощающее нежелание этого. Нежелание быть стертым, как пыль. Нежелание, чтобы его последним поступком в жизни снова было бессилие.

Печать Призрака вспыхнула. Луч сконцентрированной, нереальной энергии, несущий в себе распад и забвение, ударил в Кая.

Боль была абсолютной. Казалось, его разорвали на молекулы, каждую из которых погрузили в кислоту. Он закричал, но не услышал своего крика. Мир пропал.

А потом вернулся. Иначе.

Он не стоял на земле. Он висел в центре светового смерча. Из его груди, там, куда попал луч, бил ответный столб дикого, неконтролируемого Эфира – фиолетового, ядовитого, рвущегося на клочья. Он видел, как Призрак-Страж вскинул руки, будто в удивлении, и его стабильная форма начала размываться, затягиваясь в этот вихрь. Он видел, как Таэль и Эйрик отползали, заслоняясь от света. Он видел саму реальность вокруг – камни, воздух, свет звезд – они дрожали, начинали течь, как на холсте под дождем.

И он чувствовал. Чувствовал песок под своими босыми ногами за милю. Чувствовал отчаяние Теневого Зверя в каньоне. Чувствовал тихий, древний гул кристаллов в руинах Башни. И чувствовал холодную, бездушную мощь Разлома позади себя. Он был всем и ничем. Центром вселенской боли.

Вихрь схлопнулся так же внезапно, как и появился. Кай рухнул на колени, его рвало светящейся слюной. Тело горело изнутри. Перед глазами плясали пятна. Он поднял руку – и сквозь кожу на миг просвечивали кости, окутанные тем самым фиолетовым сиянием. Потом все ушло внутрь, оставив лишь чудовищную слабость и ощущение, что под кожей ползают тысячи насекомых.

Призрак исчез. Поглощенный? Уничтоженный? Он не знал.

Таэль подполз к нему, его лицо было бледным от ужаса и… восхищения.

– Валерон… Кай… Что ты… Что мы сделали? – Он осторожно, как к раскаленному металлу, прикоснулся к его плечу. – Ты… ты поглотил его. Не уничтожил. Ассимилировал. Ты сейчас… Ты излучаешь Эфир, как малый Разлом. Но… ты жив.

Кай попытался встать и снова рухнул. Мир вокруг плыл. Края скал двоились, от них тянулись полупрозрачные, несуществующие тени. Он слышал шепот – тот же, что доносился из Разлома. Но теперь он звучал внутри.

– Убери… руки, – прохрипел он. – Не трогай меня.

Но было поздно. Вдали, на склонах Пиков, загорелись огни. А с юга, со стороны дороги, послышался звук рогов. Не торговых караванов. Боевых.

Таэль услышал их тоже. Его глаза наполнились пониманием и новой тревогой.

– Стража Вольного города. Или наемники совета. Они не могли не почувствовать такой выброс. – Он посмотрел на Кая. – Им нужен будет виновный. Или образец. Ты понимаешь?

Кай понял. Он снова стал целью. Только теперь не за правду, а за то, что он есть. За то, что стало с ним.

Он был больше не Кай Валерон, бывший стражник, проводник.

Он был аномалией.Проклятием.

Он был Живым Разломом.