Читать книгу Слон, который украл Аллу. Моя жизнь – приключение с рассеянным склерозом - - Страница 8

Мне кажется, что прототип Вовки есть в любом коллективе, классе, школе, отделе. Они, как правило, жуткие симпатяги, вечно шутят и прикалываются, ничем не заняты, их знают все, и непонятно, как и зачем они тут находятся.

Вот и Вову я заметила с первого дня залегания в отделении. Во-первых, он явно не был военным, так как ходил не в госпитальной форменной одежде, как бойцы и курсанты, а в ярком спортивном костюме – для девяносто третьего года это был шик и блеск. Ему было лет двадцать пять – тридцать.

Вова не ходил на процедуры и уколы, не пил таблеток и явно был блатной, иначе кто бы ему разрешил так себя вести. Вовка целыми днями ошивался у девчонок на посту, шутил, ржал как ненормальный, катался по посту на крутящемся стуле, иногда на нём же выезжал по отделению в мужской туалет покурить и возвращался обратно. Наливал себе вёдерную кружку чая, громко прихлёбывал вприкуску с печеньем, которое брал в сестринской, или со столовскими булками. Орошал крошками пол на посту, чем приводил Большую Ленку в истерику. Ленок орала, как потерпевшая, переходя на визг:

– Вова, да что ж такое!!! Я полдня драила пост! Иди жри в палату! Опять всё печенье поел! Сволочь, я сейчас тебя прибью!

– Всё-всё, не ругайся, ухожу, Лен, ну ты чего, ухожу…

Демонстративно выезжал с кружкой и печенькой на постовом стуле по коридору.

– Стул отдай! И чашку мою! Только помыла, блин, ну Вова…

– Придёшь сама в палату и заберёшь, – отвечал Вова.

Я так и не знаю, с чем лежал Вова. Может, просто отдыхал, был чьим-то родственником. Может, проблемы с алкоголем. А может, скрывался от бандюков – в девяносто третьем это было нормально.

Конечно, при такой обстановке все постояльцы отделения слышали и знали, кто такой Вова, даже бабусяндры.

Как-то я пришла в отделение после барокамеры, с ещё заложенными ушами, и передо мной возник Вова.

– Мисс, вы больше не рыдаете? А то я и подойти боялся. Со мной такого ещё не бывало…

– Нет, не рыдаю.

– Вы Алла, я знаю.

– А ты Вова.

– Я Владимир Кирсанов. Давай дружить? – И протянул руку.

– Давай. Я Алла Коломенская.

– Знаю, я на доске прочитал, там все уже посмотрели. У тебя есть чай?

– Есть, конечно…

– А пошли за знакомство бахнем?

– Да пошли…

Вова метнулся на пост, чем-то пошуршал в столе, положил что-то в куртку и вышел. Мы зашли в палату. Ленуська моя на кровати читала книжку. Увидев наши довольные рожи, подорвалась:

– Че за радость?

– Кипятильник ставь, будем чай пить с шоколадкой! – Вова бросил на стол шоколадку и довольно заявил: – У девок на посту взял. У них всё равно целый ящик.

– У меня плохие новости: у нас кипятильник сгорел, – заявила Лена.

– Шнур-то остался?

– Да остался…

– Я сейчас приду, – сорвался Вовка и убежал из палаты.

Через пять минут влетел и бросил на кровать два новых лезвия в бумажках и коробок спичек. Мы с Леной переглянулись.

– Это что?

– Нож давайте.

Вовка отрезал хвост несчастному кипятильнику, оголил провода шнура. Высунув язык, пыхтел и что-то мастерил…

– Стакан с водой давайте. Включай, – сказал он Лене, протянув устройство.

Лена включила эту шайтан-машину – и через минуту вода бурлила в стакане. Я думаю, что такое придумали или в тюрьме, или в армии.

Так мы стали неразлучны. Мы с Вовой ходили вместе и на уколы (он меня ждал), и на процедуры. Ходили пешком, потому как лифт ещё не шёл, категорически. Когда я говорила ему не тащиться за мной, Вова отвечал:

– Да нет, а если свалишься? Я помогу. Что мне в отделении делать? Я тебя отведу, сам пойду покурю на улицу.

– Блин, Вова, вот чего ты десять дней назад не подошёл, когда я чуть не сдохла тут? Просто умирала…

– Ну конечно, она тут вообще никого не видела, рыдала, как «принцесса шлёп-нога» ходила…

– Какая ещё «шлёп-нога»?

– Ну мы тебя так с пацанами прозвали – «принцесса шлёп-нога». Потому что все слышали, кто идёт по коридору: одна нога – нормально, а вторую подтаскивала… Шир-шир по полу.

– Да я её и сейчас подтаскиваю…

– Ну ты хоть улыбаешься, а не ревёшь.

– Потому что рожа уже не кривая.

– Да всё уже хорошо, молоток. Пошли уже, курить очень хочется…

Позже все уже привыкли, что мы вдвоём. Как-то кто-то из сестёр крикнул Вовке:

– Кирсанов, отведи-ка свою Аллу туда-то…

Самое интересное, что никаких намёков не было на какую-то там любовь. Мы тупо ходили как друзья. Может, большая разница в возрасте. Может, просто Вова жалел меня… Не знаю. Но через два года в очередное залегание толстая Ленка проговорилась, что Вову бросила жена…