Читать книгу Трон трех сестер. Яд, сталь и море - - Страница 59

К исходу седьмого дня привычка заменила страх.

Лагерь сворачивался с механической, безжалостной эффективностью. Крики "Подъем!", звон котлов, ржание лошадей – всё это больше не заставляло Элиф вздрагивать.

Она сидела на своем месте, глядя, как гаснет очередной костер.

Ее тело изменилось. Нежные, ухоженные руки аристократки покрылись ссадинами и грязью, которая въелась в линии ладоней так глубоко, что её, казалось, уже не отмыть. Синяки на бедрах от жесткого седла перестали быть отдельными пятнами и слились в сплошную ноющую гематому.

Но удивительно – боль больше не занимала все её мысли. Она стала фоновым шумом. Гул, к которому привыкаешь, живя у водопада. Вонь немытых тел и конского навоза, от которой в первый день её тошнило, стала просто запахом воздуха.

Элиф выжила. И, выжив, она начала видеть.

Она обвела взглядом своих тюремщиков. Неделю назад они казались ей единой, безликой массой монстров. Теперь каждый из них обрел имя и слабость.

Она знала их.

Торстен. Гора мышц с перебитым плечом. Он морщится, когда поднимает руку выше головы. Он боится Луны и того, что не успеет к сроку. Он – не вождь, он исполнитель воли своего безумного отца. Сила, которая боится опоздать.

Эрик. Хромой отравитель. Самый умный и самый уязвимый. Он презирает физическую силу, потому что у него её нет. Он хочет власти, чтобы компенсировать свою увечность. Змея, которой можно отрубить голову, пока она любуется собой.

Бьорн. Животное. Ему плевать на миссию, ему нужны вино и насилие. Он – хаос. Пороховая бочка, к которой нужно просто поднести спичку.

Ингрид. Валькирия с тайной. Она единственная молится не войне, а возвращению. В её кошеле лежит костяной амулет, который для неё дороже золота. Союзник по неволе?

Хельга. Ведьма. Девочка с пустыми глазами, которая ненавидит свою семью больше, чем Элиф. Она уже сыплет яд в общий котел, пусть пока только в мыслях и жестах. Оружие массового поражения.

Она разложила их в голове, как фигуры на шахматной доске. Черные, опасные, тяжелые фигуры. А она – маленькая белая пешка, которая пробралась на их половину поля.

– Klar! – «Готово!» – рявкнул десятник.

Торстен подошел к ней. На этот раз он даже не посмотрел ей в лицо. Просто подхватил привычным движением, как мешок с овсом, и закинул на седло.

Элиф не вскрикнула. Она даже помогла ему, вовремя согнув ногу, чтобы занять удобное положение на жесткой луке. Тело само вспомнило, как группироваться, чтобы меньше болело.

Конвой тронулся.

Они выехали из редкого подлеска на открытый холм.

В этот момент, всего на секунду, дорога вильнула. С возвышенности открылся вид на пройденный путь.

Там, далеко внизу, в дымке горизонта, лежали зеленые долины Юга. Где-то там остался замок отца. Теплые спальни, вышивание у окна, скучные обеды, предательство семьи.

Сердце должно было дрогнуть. Должна была появиться тоска.

Но Элиф смотрела на Юг сухими глазами.

«Там ничего нет, – поняла она. – Там я была вещью, которую продали. Куклой в витрине».

Она медленно повернула голову вперед.

Туда, куда вели её похитители.

Впереди возвышались горы – серые, зубчатые пики, укрытые снегом и тяжелыми тучами. Север. Земля холода, железа, древней магии и крови. Земля, где убивают слабых.

Но именно там, в ледяных фьордах и мрачных пещерах, решалась судьба королевств. Там лежала сила.

Глаза Элиф сузились. В них появился хищный блеск, который напугал бы её отца, если бы он мог её видеть сейчас.

– Поехали, – прошептала она одними губами в такт стуку копыт.

Выбор был прост: смерть или власть. Умереть на алтаре или стать той, кто держит нож. Третьего не дано.

И Элиф сделала свой выбор.

Игра началась.