Читать книгу Трон трех сестер. Яд, сталь и море - - Страница 63

Ошибка Элиф заключалась в том, что она забыла главное правило охоты: никогда не смотри на добычу слишком долго, иначе она почувствует твой взгляд спиной.

Эрик уже закончил свои манипуляции с ядом. Он закрепил черный кисет на поясе и потянулся к фляге с водой, чтобы смыть следы пыли с рук.

Элиф не могла оторвать глаз.

Её внимание прилипло к его правому бедру. Она не просто смотрела – она изучала. В её взгляде, обычно пустом и отсутствующем (часть её роли), появилась опасная, острая осмысленность. Она считала узлы. Она оценивала прочность шнурка. Она прикидывала, под каким углом нужно дернуть, чтобы срезать мешочек одним движением.

В эту секунду она была не "немой пленницей". Она была вором, оценивающим замок на сейфе. В её глазах горел холодный огонь интеллекта.

Эрик, вытирая руки тряпкой, внезапно замер.

Его шестое чувство – чувство параноика, который всю жизнь ждал ножа в спину от братьев, – сработало безупречно.

Он резко, как удар хлыста, обернулся.

Их взгляды встретились.

Элиф не успела опустить глаза. Она попалась. Эрик увидел этот взгляд – цепкий, жгучий, оценивающий. Взгляд убийцы, а не жертвы.

Его брови поползли вверх, губы искривились в подозрении.

– Чего уставилась, немая? – тихо, с угрозой спросил он, делая шаг к ней.

Секунда растянулась в вечность.

Если она сейчас испугается и отведет глаза – он поймет, что она разумна. Если продолжит смотреть с вызовом – он поймет, что она опасна.

Нужно было уничтожить саму идею того, что за этими глазами есть разум.

Элиф не моргнула. Она не отвела взгляд. Она просто… расфокусировала его.

Усилием воли она заставила мышцы лица обмякнуть. Челюсть слегка отвисла, придавая лицу выражение тупой, блаженной бессмысленности. Огонь в глазах погас, сменившись мутной пеленой идиотизма.

Она медленно опустила взгляд с его пояса на траву у своих ног.

Её пальцы потянулись к сухому стеблю травинки. Она начала наматывать его на палец, потом рвать на мелкие кусочки, поднося их к лицу и рассматривая, словно это было величайшее чудо света.

– М-м-м… хм… – издала она низкий, горловой звук. Нечленораздельное мычание, лишенное интонаций. Звук дурочки, которая пускает слюни, глядя на букашку.

Эрик замер в полушаге.

Он внимательно вглядывался в её лицо. Он искал тот острый, опасный блеск, который ему померещился секунду назад. Но видел только красивую куклу с пустым чердаком, которая развлекается, ломая сухую траву.

Подозрение в его глазах начало таять, сменяясь разочарованием и брезгливостью.

– Показалось, – пробормотал он сам себе.

Он подошел ближе, нависая над ней. Элиф продолжала "играть" с травинкой, раскачиваясь вперед-назад, полностью игнорируя его присутствие.

Эрик хмыкнул.

– Пустая голова, – констатировал он с кривой усмешкой. – Как гулкий горшок. Жаль.

Он посмотрел на её руки – тонкие, с длинными, чувствительными пальцами, которые сейчас бессмысленно крошили сорняк.

– Была бы умнее – могла бы пригодиться, – сказал он, скорее своим мыслям, чем ей. – У тебя руки аптекаря. Могла бы растирать травы в моей лаборатории, вместо того чтобы быть подстилкой для моего отца.

Он покачал головой.

– Ну и ладно. Мясо есть мясо.

Он развернулся и, потеряв к ней всякий интерес, пошел к лошадям.

Элиф продолжала раскачиваться и мычать еще минуту, пока его спина не скрылась за телегой.

Только тогда она замерла. Травинка выпала из её пальцев.

Сердце колотилось так, что ребрам было больно. Это было хождение по лезвию бритвы.

Эрик был умен, но его погубило высокомерие. Он не мог допустить мысли, что женщина – да еще и "южная неженка" – может быть способна на такую мгновенную мимикрию. Он видел то, что хотел видеть: своё превосходство над убогой.

Элиф медленно выдохнула, чувствуя, как холодный пот стекает по спине.

«Ты не видишь во мне угрозы, Алхимик, – подумала она, провожая его взглядом. – Ты думаешь, я пустая голова. Но именно в пустых головах рождаются самые страшные планы».

Это была его фатальная ошибка. Он оставил яд на виду у того, кого счел слишком глупым, чтобы им воспользоваться.