Читать книгу СДВГ у взрослых: от фактов к стратегиям - - Страница 1

СДВГ. Четыре буквы, за которыми скрывается целая вселенная людей, живущих на скорости света и одновременно застревающих на простейших задачах. Людей, способных на гениальные озарения и беспомощных перед необходимостью заполнить банальный отчёт.

Несколько лет назад я заметил странную вещь: хотя наука всё больше узнаёт о природе СДВГ, мифов вокруг него меньше не становится.

В этом предисловии я расскажу, почему заинтересовался СДВГ и как появилась идея написания этой книги.

О СДВГ я узнал поздно – уже взрослым человеком. В годы моего детства этот диагноз не звучал так часто, как сейчас. Было лишь смутное ощущение, что мне труднее сосредоточиться, я чаще отвлекаюсь, чем другие. Учился я хорошо, поэтому родители списывали всё на рассеянность.

Я рос в большой многодетной семье, и родители делали всё возможное, чтобы обеспечить нас и помочь нам встать на ноги. После восьмого класса я готовился к поступлению в одну из лучших гимназий города. Мама занималась со мной математикой. И ни она, ни я тогда не догадывались, что у меня СДВГ. Мне было очень трудно сосредоточиться на её объяснениях. Внимание постоянно уплывало. Я крутил головой, ворочался на стуле, изо всех сил сжимал голову руками. Она была добра и терпелива. Объясняла снова и снова, использовала разные примеры, но всё равно мы продвигались буквально по миллиметру. Только благодаря её любви и поддержке я не бросил эти занятия.

Проблема была в том, что математика заинтересовала меня гораздо позже. Когда я стал проводить собственные расчёты для экспериментов, она перестала быть абстракцией и стала удобным инструментом для понимания скрытых закономерностей. Но в школьные годы подлинного интереса к ней не было.

Один из ведущих мировых специалистов по СДВГ Уильям Додсон считает, что только система, основанная на сильном интересе, может по-настоящему замотивировать человека с СДВГ. Когда такая система есть, человек может включиться в работу с невероятной силой. За годы практики я сам замечал это – и в своей жизни, и в историях клиентов с СДВГ.

Человеку с СДВГ свойственна страсть к новизне. В школе это вылилось в многочисленные кружки и секции. Вот их неполный перечень: ушу стиля вин-чунь, шахматы, академические танцы, музыкальная школа, театральная студия, математические курсы, уроки английского, школа ниндзя, кружок литературы и поэзии, секция бега. Увлечения сменяли друг друга – сложно было остановиться на чём-то одном, ведь столько интересного ждало там, за горизонтом.

Импульсивность – ещё одна визитная карточка СДВГ. Будучи студентом второго курса, я увидел объявление о наборе в студенческий отряд для работы на Крайнем Севере. Я сразу загорелся идеей и уже спустя пару недель ехал в поезде Санкт-Петербург – Воркута. Мы ремонтировали железную дорогу. Работали шесть дней в неделю, в воскресенье был выходной. Работа была тяжёлой: кирка, лопата. К вечеру – ломота в спине, а утром всё начиналось заново. Уже на третий день я проклинал себя за импульсивность. «Как же я мог так быстро загореться этой идеей?» – думал я, выкапывая грунт.

Кроме железной дороги мы также штукатурили стены, заливали крыши битумом. Ещё одной особенностью СДВГ стала гиперчувствительность к холоду. Помню, как поздним вечером, стоя на третьем этаже, я штукатурил стену – и вдруг налетел ветер. В тот момент я понял: выражение «пронизывающий до костей» – вовсе не метафора. До Северного Ледовитого океана от Воркуты всего 150 км.

Тем не менее, несмотря на то, что решение было принято импульсивно, месяцы, проведённые там, я вспоминаю с удовольствием и благодарностью. Работая бок о бок с ребятами, ощущалась настоящая сплочённость. Крайний Север – удивительная земля: бесконечное звёздное небо, меланхоличная тундра и люди, которые в суровых условиях сохраняют дар дружбы.

В начале 2000-х я, тогда ещё молодой аспирант факультета психологии Санкт-Петербургского государственного университета, проводил своё исследование в Клинике неврозов им. Павлова. Даже по меркам Петербурга это место – легендарное. Главный импульс к его развитию дал великий физиолог Иван Павлов. Больше ста лет назад, в апреле 1919 года, на базе Александровской больницы был организован Клинический психотерапевтический институт – один из первых в России. Именно там с 1931 по 1936 годы проходили знаменитые «клинические павловские среды» – встречи для разбора сложных случаев, которые стали настоящей школой мужества.

Вот как я представлял Павловские среды

«Петербург. Вечер. Просторный кабинет. Докладчик рассказывает, взгляд Павлова – острый, внимательный. Вопрос. Ещё вопрос. Уверенность докладчика тает на глазах. И вдруг – поворот. Павлов кивает: “Здесь верно”. И вся аудитория словно оживает».

Мне кажется, люди с СДВГ инстинктивно ищут места с неограниченным доступом к знаниям. Сейчас у нас есть интернет. Один клик – и миллионы страниц. В нашем детстве знания были в библиотеках. Помню, как в шесть лет открыл «Трёх мушкетёров» и очнулся спустя пять часов – прочитал сто страниц. Я ещё не знал, что это называется гиперфокус – особое состояние мозга при СДВГ, когда время перестаёт существовать. Психолог Михай Чиксентмихайи еще в 1975 году назвал это состоянием потока.

Мама записала меня в первую библиотеку. На руки давали не больше пяти книг, а мне хотелось читать про всё. Я обошёл наш район и записался еще в несколько. Библиотекари шутили: «Ты, наверное, на всю семью книги берёшь». Однажды я чуть не остался ночевать в библиотеке. Засмотрелся, засиделся – очнулся, когда свет уже погас, а двери закрывались.

Самая впечатляющая библиотека – Библиотека Академии наук. Она находится рядом с факультетом психологии. Почти двадцать миллионов изданий. Когда я впервые вошёл в неё, возникла мысль: «Вот она – бесконечность человеческого знания».

Проходя мимо Библиотеки Академии Наук я часто вспоминаю про Александрийскую библиотеку – крупнейшую во времена Античности. В ней было по общим оценкам примерно 700 000 рукописей-свитков. Там работало множество ученых, включая основателя геометрии Евклид, Эратосфена, который впервые измерил окружность Земли, Гиппарха, создавшего первую карту звездного неба. Есть удивительная параллель в том, что в истории Александрийской библиотеки было несколько крупных пожаров и Библиотека Академии Наук тоже сильно пострадала от пожара в 1988.

Почти 3 миллиона книг были повреждены. Тогда сотрудники обратились к горожанам: «Помогите сушить книги». Люди стояли на морозе в очередях, передавали книги из окон в живых цепочках. Все книги вернулись. Ни одна не пропала.

Одной из особенностей СДВГ стал паралич выбора. Когда пришло время выбрать тему для диссертации, я разрывался между десятком направлений. Память. Мотивация. Восприятие. Типологии личности. Все казались важными.

Я читал, углублялся, и с каждым днём новых тем становилось всё больше. Это классический механизм СДВГ: мозг работает в режиме генерации идей. В итоге я остановился на когнитивном стиле – способе, которым человек воспринимает и фильтрует реальность. Мне хотелось понять, как он связан с вниманием, памятью, наследственностью и окружающей средой.

Началась гиперфиксация – захваченность темой на месяцы. Да, СДВГ даёт трудности, но он же позволяет мыслить нестандартно, видеть детали, которые другие упускают. В 2002 году, в 24 года, я защитил диссертацию на факультете психологии СПБГУ. Работа психологом – уникальна. Люди с разными судьбами, историями, характерами. Но цель одна – найти то, что поможет именно этому человеку.

Была и ещё одна сложность – сон. Само засыпание. Часто к вечеру появлялось столько идей, что уснуть было невозможно. В студенчестве я засыпал в 3–4 ночи. Потом экспериментировал, пытался наладить режим. Был период, когда я вставал в 4:15 и ложился в 22:00. Изучение своего хронотипа – важная часть жизни с СДВГ. Мы поговорим об этом подробнее в главе «Суточный цикл».

Когда я глубже стал изучать СДВГ, мне стало ясно: всё, с чем я сталкивался с детства – это он. Пазл сложился. Я стал искать информацию, читать исследования, общаться с коллегами, пробовать методики. Главной задачей было практические инструменты, которые помогают здесь и сейчас.

Сегодня про СДВГ знают все. Всё больше взрослых внезапно обнаруживают: оказывается, они всю жизнь жили с ним. Возникает вопрос: а что теперь делать?

Информации много. Каждый день – новые видео, посты, советы. Но как отличить ценное от поверхностного?

Именно поэтому я написал эту книгу. Чтобы поделиться опытом, систематизировать знания. Мы посмотрим на СДВГ с разных сторон: от мифов до нейробиологии, от диагностики до практики. Обсудим 24 классические проблемы и 6 детских. Поговорим о сопутствующих расстройствах. И наконец – «А что делать, если у меня СДВГ?»

Каждая глава раздела «Что делать» завершится практическим заданием. Это первые шаги к созданию собственной системы навыков.

В работе психолога есть радостный момент – видеть чудо преображения.

Когда мечта становится реальностью.

Так давайте вместе отправимся в путешествие в этот необычный мир СДВГ.