Читать книгу Цена равновесия или рождение души - Группа авторов - Страница 11

Ощущение пришло к Глебу не сразу. Сначала – смутное, фоновое беспокойство, лёгкий зуд на задней стенке сознания. Он списал его на усталость, на напряжение последних недель. Но потом детали начали складываться в узор.

Слишком чистая машина. Тёмный седан, всегда припаркованный в разных местах, но всегда в зоне видимости от его дома. Стекло было тонировано до состояния чёрного ледяного зеркала, в котором бездушно отражался мир. Он никогда не видел, чтобы кто-то выходил или заходил. Машина просто была. Наблюдала. Дышала ровным, механическим дыханием, которое Глеб начал чувствовать кожей.

Время вокруг автомобиля текло иначе. Оно становилось густым, вязким, как будто пространство сжималось вокруг этого неподвижного объекта. Прохожие, сами того не замечая, обтекали его широкой дугой. Птицы не садились на капот. Это была не просто машина. Это была дыра в привычной реальности, затягивающая в себя покой.

Он попытался подойти ближе под предлогом проверки шин соседского авто. Изнутри не донеслось ни звука. Ни музыки, ни разговора. Абсолютная, гробовая тишина. Он почувствовал на себе тяжёлый, невидящий взгляд и отступил, с внезапной ясностью осознав: за ним следят. Не полиция. Не ревнивый муж. Нечто иное, системное и безличное. «Ноотехника». Это могла быть только она. Их «Ковчег» уже не был секретом.

В тот же день, ближе к вечеру, в кабинет к Маргарите постучали. На пороге стоял человек в безупречном костюме цвета морской волны. Его улыбка была ровной и вычисленной, как траектория полета пули.

– Доктор Светлова? Мое имя Алексей Волков. Представитель корпорации «Ноотехника». Мне бы хотелось обсудить с вами возможности сотрудничества.

Он вошел, не дожидаясь приглашения. Его движения были плавными, экономичными, лишенными суеты. Он был воплощением эффективности, живым алгоритмом в человеческой оболочке.

– Чем могу быть полезна? – Маргарита почувствовала, как по спине пробежал холодок. Воздух в кабинете стал тяжёлым.

– Мы наслышаны о ваших новаторских работах в области пограничных состояний сознания, – Волков удобно устроился в кресле напротив. – И о вашем… неофициальном сотрудничестве с коллегами. Нас крайне заинтересовали перспективы, которые открывают ваши совместные исследования.

Он положил на стол тонкий планшет. На экране загорелся логотип «Ноотехники» – стилизованное изображение мозга, опутанного светящимися нитями.

– Мы предлагаем вам щедрый, безвозмездный грант. Полное финансирование. Доступ к самым передовым лабораториям. Любые ресурсы. Все, что вам нужно для продолжения работы.

Предложение висело в воздухе, соблазнительное и идеальное. Слишком идеальное.

– А что требуется от нас? – спросила Маргарита, стараясь сохранить спокойствие.

– Сущие пустяки, – Волков сделал легкий, разглаживающий жест рукой. – Эксклюзивные права на коммерческое применение результатов. И, разумеется, полная конфиденциальность. Ваша группа будет работать под эгидой «Ноотехники». Вне нашего поля зрения.

Его взгляд, прямой и не моргающий, был лишён человеческого тепла. Он смотрел на Маргариту не как на коллегу, а как на актив. На ценный ресурс.

– Вы понимаете, доктор, – продолжил он, и его голос стал тише, но от этого только весомее, – исследования такой глубины… они слишком важны, чтобы оставаться в руках частных лиц. Слишком опасны. Представьте, если ваши наработки попадут не в те руки. «Ноотехника» может обеспечить необходимый уровень безопасности. И контроля.

В слове «контроль» прозвучала сталь. Это не было предложение. Это была демонстрация силы. Вежливая, но не оставляющая сомнений.

– Я не могу принять такое решение в одиночку, – сказала Маргарита, чувствуя, как сжимается желудок. – Мне нужно посоветоваться с коллегами.

– Разумеется, – Волков плавно поднялся. – У вас есть сорок восемь часов. – Он положил на стол визитную карточку. На ней не было ни имени, ни фамилии. Только логотип и номер. – Мы верим в вашу благоразумность. Осознайте все преимущества нашего предложения. Для вас. И для ваших близких.

Последняя фраза повисла в воздухе ледяным облаком. Угроза не была произнесена вслух, но она была так же очевидна, как черный седан под окном.

Когда Волков ушел, Маргарита долго сидела, глядя на визитку. Она взяла её в руки. Картонка была холодной, как металл. Она позвонила Глебу.

– Они были у меня, – сказала она, едва он взял трубку. Её голос дрогнул.

– Я знаю, – ответил он. – Они и за мной следят. У моего дома стоит их машина.

В трубке повисло тяжёлое молчание. Они оба понимали. Игра изменилась. Из тихого научного поиска она превратилась в противостояние. Они копались в самых основах человеческой сущности, и на них вышла сила, которая хотела превратить эти основы в инструмент власти.

– Встречаемся у Виктора. Сейчас, – сказал Глеб. – Нам нужно думать. И, кажется, нам нужно прятаться.

Маргарита положила трубку и посмотрела в окно. Город жил своей жизнью, но теперь за этим привычным фасадом ей везде чудились невидимые нити контроля, незримые глаза «Ноотехники». Они переступили порог, и тень упала на их порог. Теперь нужно было решить: отступить или пойти вглубь, в самое сердце этой тени, понимая, что обратного пути может и не быть.