Читать книгу Штано, штано, штано, штани. Женщины и мужчины в стране Дзюбонкоку - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 3

В Старом городе, где улицы узкие, как мышиный хвост, а время течёт медленнее, чем в остальной части вечно спешащего мегаполиса, с незапамятных времён стоит магазинчик. Над дверью нет вывески — только деревянная табличка с непривычными для нашего глаза иероглифами, выцветшими до нечитаемости. Но старожилы знают и даже кое-кто из них умудрился запомнить его название: это «Дзюбонкоку»1. Магазин штанов.

Снаружи он кажется старой антикварной игрушкой. Сквозь пыльные разводы витрин едва проглядывается вытянутый на вешалках товар. Стеклянная дверь отзывается с нажимом и колокольчик который звенит вроде бы бодро и звонко, а всё же с какой-то ноткой отрешённости, словно вздыхает: «Ну, заходи, заходи, раз пришёл. Смелей, смелей, не бойся».

Внутри магазинчика пахнет сукном, нафталином и чем-то неуловимым. Возможно — временем. А возможно — чужими судьбами. Стеллажи уходят в полумрак, и кажется, им нет конца.

Здесь есть всё. От жёсткого японского денима, густо прокрашенного индиго, способного стоять без поддержки, до невесомого льна, который колышется на сквозняке, как живой. Рядом теснятся вельветовые брюки с глубоким рубчиком, сохранившим тепло старых библиотек, и шерстяные слаксы, чья ткань — мягкая и ворсистая — гасит любые звуки.

В тени блестит холодный шёлк, струящийся сквозь пальцы, словно чёрная вода, а над ним нависает тяжёлый твид в мелкую искру, пахнущий вереском и осенним туманом. Есть здесь и палаццо из тончайшего крепа, замирающие в складках, как античные статуи, и грубый холст рабочих штанов, помнящих соль пота и пыль дорог.

В углу, у самого окна, стоит кресло — старое, продавленное, с подлокотниками, отполированными до блеска тысячами рук. В нём неподвижно сидит человек.