Читать книгу Ожог каспийского ветра - Людмила Ладожская - Страница 6

Полгода после похорон бабушки пролетели для Андрея в калининградской части как один долгий, серый день. Он служил на автомате, как отлаженный механизм. Мысли были прибиты к одной точке: Сортавала. Контракт. Граница. Это был не план – это был спасательный круг. Единственная твердь в мире, где рухнуло все остальное. Письма Клима он читал вполглаза: про то, что «терпимо», про скорое возвращение домой, про службу в родном городе.

Возвращение в Сортавала было похоже на высадку на чужой берег. Андрей не стал задерживаться в городе. Прямиком на последней маршрутке погнал в Питкяранта. Бабушкина двухкомнатная квартира в относительно хорошем доме встретила его гробовым молчанием и запахом пыли. Пустые комнаты, старая мебель, фотография бабушки на комоде – единственное напоминание о жизни. Он не стал распаковывать армейский вещмешок. Просто сел на стул в кухне и смотрел в окно на знакомый, но уже чужой двор. Эта квартира без бабушки Зины больше не была для него домом.

На квартиру бабушка в свое время оформила дарственную на внука. Быстро нашлись и покупатели – сын тети Люды, соседки, с молодой женой. Им как раз нужна была квартира в Питкяранте. Андрей не торговался. Цена была справедливой, но для него это были не деньги, а плата за свободу от прошлого. Он подписал бумаги, передал ключи, взял свой вещмешок и чемодан с немногими бабушкиными вещами, которые решил сохранить (старая шаль, несколько фотографий), и уехал в Сортавала. Назад.

В городе он снял комнату в общаге благодаря своим бывшим заслугам, как хорошего студента. Ту самую, где жил до армии. Соседями были молодые первокурсники строители, механики, напоминающие о студенческих временах. Шумные, пахнущие дешевым пивом и сигаретами. Для Андрея это был не шаг назад, а временная база. В тот же день он купил себе не дорогой кнопочный телефон, сходил в военкомат и погранотряд. Контракт. Проверка его биографии (сирота, отличник-строитель, хорошая характеристика из Калининграда) прошла быстро. Через две недели он уже принимал присягу как контрактник Пограничного Управления в Карелии, рядовой Андрей Алексеевич Назаров. Он встал на границу в Вяртсиля.

Клима встречали с размахом. На перроне вокзала Сортавала – отец, мать, даже пара друзей отца. Людмила Павловна плакала, обнимая сына. Николай Петрович сдержанно, но с видимым удовлетворением похлопал его по плечу: «Ну вот, сынок, и вернулся. Теперь служить будем, как положено. Здесь». Клим кивал, улыбался, но глаза его были усталыми и чуть отрешенными. Он прошел проверку тоже быстро – сын заслуженного пограничника, рекомендации из места службы.

Итак, они снова были вместе. Они снова были в одной форме. В одном городе. На одной границе. Дома.

Казалось бы – мечта сбылась. Общий план осуществился. Но трещина, пробитая армией, смертью бабушки и невысказанными чувствами к Поле, лишь углубилась.