Читать книгу Моя ранимая девочка. Книга вторая. Исцеление любовью - Наталия Порывай - Страница 18

Терапевтическая близость
Глава 15. Детские страхи

Оглавление

Ночь выдалась беспокойной. Максим ворочался, вздрагивал во сне, несколько раз просыпался с испуганным всхлипом и тут же прижимался к маме, цепляясь за неё горячими ладошками. Маргарита не спала, осторожно поглаживая его по спине, чувствуя под пальцами напряжение в его худеньком тельце. Каждое её движение было размеренным, успокаивающим – она знала, как важен сейчас для него этот тактильный контакт, эта физическая уверенность: мама здесь, мама никуда не денется.

Под утро он вдруг резко отстранился, и она сразу поняла – опять. Действовала чётко, без лишних слов: свежая пелёнка, сухие трусики, тёплая пижама. Ни упрёков, ни вздохов – только лёгкий поцелуй в макушку.

– Всё хорошо, давай спать.

Но Максим не успокоился. Он потянулся к ней, его горячее дыхание коснулось ее уха, а голос прозвучал как испуганный шепот заговорщика:

– А если я снова… Что скажет Стас?

Сердце Маргариты сжалось от этой детской, такой искренней тревоги. Он боялся не самого факта, а осуждения чужого, важного для мамы взрослого.

– Зайка мой, – она мягко, но крепко притянула его к себе, заключая в безопасный кокон объятий. – Если это снова случится, ты просто тихонько разбудишь меня. Мы вместе поменяем пеленку, а Стас будет крепко спать и ничего не узнает. Хорошо? Это наш с тобой маленький секрет.

Он кивнул, уткнувшись носом в её плечо, и через минуту уже дышал ровно.


Утро встретило их серым светом за окном и неохотным пробуждением. Маргарита с трудом открыла глаза – так не хотелось вставать после тяжёлой ночи. Но она дала слово Владу – поход в горы.

Однако судьба, казалось, проверяла ее на прочность.

– Мам… – слабый, жалобный голосок донесся с другой стороны кровати. – У меня живот болит… очень…

Маргарита повернулась. Максим лежал, скрючившись калачиком, его лицо было бледным.

«Классическая соматизация», – эхом отозвались вчерашние слова Ирины. Детский организм, не в силах справиться с грузом стресса и тревоги, нашел самый простой и безотказный выход – боль. Не выдуманную, а самую что ни на есть реальную.

– Сейчас, зайка, я принесу тебе водички и лекарство, – тихо проговорила она, чувствуя, как подкатывает собственная беспомощность. Она поднялась, пошатываясь от усталости, вышла в прихожую, где в ее чемодане лежали спазмолитики.

В дверь номера постучали. Маргарита застегнула на молнию карман чемодана, предварительно достав оттуда лекарство, и открыла дверь, впуская Влада, который замер на пороге увидев маму в домашней одежде.

– Ты еще не готова? – удивленно произнес он.

– Прости, родной, – тяжело вздохнула Маргарита. – Максим заболел.

Лицо Влада сразу погрустнело.

– Значит… мы не идём?

Маргарита открыла рот, чтобы ответить, но её опередил Стас, вышедший из ванной.

– Пойдём вдвоём? – предложил он парню. – Покажешь мне, как тут у вас. Или… – он сделал паузу, – ты не знаешь маршрута?

– Знаю… – Влад неуверенно посмотрел на мать, ища в ее глазах разрешения, одобрения, может быть – запрета.

– Тебе решать, – мягко, передавая ему ответственность, сказала она. – Ты уже взрослый. Если хочешь – идите. Я останусь с Максимом.

Влад постоял еще мгновение, борясь с внутренним конфликтом, затем, не глядя ни на кого, кивнул:

– Ладно. Пойдём.

В прихожую вышел Максим и не замечая никого, кроме Маргариты, прижался к ней.

– Мама, ты не уйдёшь?

– Нет, зайка. – Она обняла его. – Я останусь здесь и буду за тобой ухаживать. Я же твоя мама и, помнишь, обещала тебе быть рядом.

Влад и Стас, перебросившись короткими взглядами, собираясь у выхода. Влад, стараясь не смотреть на мать и брата, первым выскользнул в коридор. Стас на секунду задержался в дверном проеме. Его взгляд встретился с взглядом Маргариты – усталым, полным вины и бессилия.

– Держись. – Его губы коснулись ее лба в нежном, стремительном поцелуе – не страстном, а поддерживающем. В этом прикосновении было не прощание, а обещание: «Я с тобой, даже когда меня нет рядом».

А в номере воцарилась тишина, и только горячие ладошки Максима крепко держали её за руку, словно боясь отпустить даже на секунду.

Моя ранимая девочка. Книга вторая. Исцеление любовью

Подняться наверх