Читать книгу Практикум по КПТ для изменения пищевого поведения - Андрей Петрушин - Страница 8

Здесь мы подходим к самому болезненному и парадоксальному кругу. Еда, которая по задумке природы должна быть источником энергии и удовольствия, для многих превращается в поле боя, центр тревоги и причину ежедневного стресса. Это не просто «вредная привычка» – это сложный дисфункциональный узор, где еда выступает одновременно и мнимым спасителем, и суровым судьей. Давайте распутаем этот клубок.

1. Тревога вокруг еды: когда мысленный шум громче голода. Речь не о разумной осознанности, а о настоящей одержимости. Состояние, когда внутренний диалог о еде не умолкает. Он звучит фоновым шумом, отвлекает от работы и общения, крадет умственную энергию.

Постоянные мысли о калориях и «запретных» продуктах: ваш мозг превращается в счетную машину. Вы не просто едите яблоко – вы тут же прикидываете, сколько в нем сахара и «влезет» ли оно в дневной лимит. Поход в кафе или в гости становится стратегическим планированием: что в меню «можно», что «категорически нельзя», как объяснить свой выбор. Самые обычные продукты делятся на два лагеря: «хорошие» (гречка, куриная грудка, огурец) и «плохие, запретные» (хлеб, шоколад, макароны). Запретный плод притягателен. Мысль о нем становится навязчивой, как назойливая мелодия. Вы тратите огромные силы на то, чтобы не думать о нем, что, по иронии, лишь усиливает эту навязчивую мысль. Это явление называется «ироническим процессом психического контроля» – чем сильнее вы пытаетесь подавить мысль, тем живее она становится.

Чувство вины после приема пищи: это кульминация тревоги. Допустим, вы «сорвались» и съели кусок пиццы или пирожное. Или просто поели чуть больше, чем планировали. Вместо того чтобы просто заметить: «Я это съел», запускается мощная негативная реакция. Появляется чувство глубокой вины («Я безвольная тряпка»), стыда («Что, если кто-то видел?»), гнева на себя («Я все испортил!»). С точки зрения мозга, вы нарушили внутренний закон и теперь должны быть наказаны. К чему это ведет? Классическое следствие – либо самонаказание («теперь два дня буду на одной воде»), либо, что чаще, феномен «сгорел сарай – гори и хата». Логика ущербна, но сильна: «Раз уж я нарушил диету и чувствую себя ужасно, значит, все пропало. Можно доесть все, что есть в холодильнике, а с понедельника начать новую жизнь». Вина, вместо того чтобы остановить переедание, становится его оправданием и топливом. Вы едите уже не для удовольствия, а чтобы заглушить мучительное самоощущение.

2. Циклы «диета – срыв»: почему это не слабоволие, а закономерный крах системы. Если вы годами живете в режиме «строго держусь три недели, потом срываюсь на месяц, потом снова начинаю», важно понять: это не ваш личный провал. Это безошибочный признак того, что выбранная стратегия («диета») в корне неверна и противоречит биологии и психологии.

Биологический механизм: любая жесткая диета, создающая большой дефицит калорий, – это стресс для организма. Мозг воспринимает ее как угрозу голода и включает древние защитные программы. Замедляется метаболизм, усиливается выработка гормонов голода, снижается уровень гормонов насыщения. Одновременно растет навязчивая тяга к высококалорийной, жирной и сладкой пище – мозг требует быстрого восполнения запасов. Вы боретесь не с характером, а с доисторическим инстинктом выживания. Рано или поздно он побеждает – это вопрос времени, а не силы воли.

Психологический механизм: диета строится на лишениях и запретах. Психика не выносит такого давления бесконечно. Лишение порождает фрустрацию, накопленную усталость от контроля. Срыв в этой парадигме – не акт слабости, а акт психологической самозащиты, бунт подавленной части личности, которая хочет нормальности и удовольствия. Проблема в том, что этот бунт происходит в форме обжорства – единственной доступной в данных условиях форме протеста и утешения.

Почему это замкнутый круг? После срыва наступает этап самобичевания («я ни на что не способен»), который разрушает самооценку. Чтобы восстановить чувство контроля и самоуважения, вы снова хватаетесь за единственный известный инструмент – новую, еще более строгую диету. Круг замыкается. Каждый цикл усиливает чувство беспомощности, укрепляет нейронные связи, связывающие еду со стрессом и виной, и все сильнее разрушает доверие к себе.

3. Еда как единственный инструмент регуляции эмоций: когда в психологической аптечке только одно «лекарство». Это, пожалуй, самая глубинная причина. Для многих еда перестала быть просто питанием. Она стала универсальным ключом, которым пытаются открыть любую эмоциональную дверь.

Стресс/Тревога: после тяжелого дня мозг ищет быстрый и гарантированный источник дофамина – нейромедиатора удовольствия и временного облегчения. Сладкая и жирная пища вызывает его мощный, хоть и кратковременный, выброс. Еда становится успокоительным, способом «заесть» неприятные ощущения, заглушить внутренний шум.

Скука: когда нет интересных стимулов, психика создает искусственный «голод» – не физический, а эмоциональный. Поход к холодильнику или заказ пиццы становится событием, развлечением, способом заполнить пустоту.

Грусть/Одиночество: еда ассоциируется с заботой, теплом, безопасностью (вспомните, как нас кормили в детстве, чтобы утешить). Она временно создает иллюзию наполненности и комфорта, компенсируя эмоциональную пустоту.

Даже радость: как отмечают успех? Праздничным ужином. Как поощрить себя? Десертом.

В чем трагедия этой ситуации?

Проблема не в том, что еда дает утешение. Проблема в том, что она становится единственным или главным его источником. Это, как если бы в вашей психологической аптечке лежала только одна таблетка от всех болезней – от головной боли до перелома. Вы принимаете ее снова и снова, но истинная причина не устраняется. Более того, после кратковременного облегчения приходит расплата – тяжесть в животе, чувство вины и новый виток стресса, который снова требует «лечения».

Когда пищевое поведение становится источником постоянного стресса, это верный знак, что ваши отношения с едой нарушены. Вы оказались в ловушке, где еда одновременно служит и ядом, и противоядием. Вы пытаетесь решить эмоциональные и экзистенциальные проблемы (стресс, скуку, низкую самооценку) с помощью физиологического инструмента (пищи). Это никогда не сработает в долгосрочной перспективе.

Разорвать этот порочный круг можно только одним способом: перестав воевать с едой и начав учиться отличать физический голод от эмоционального. А главное – наполняя свою жизнь другими, непищевыми источниками радости, утешения, снятия напряжения и самореализации. Это и есть основа психологической работы, без которой любое изменение питания обречено на провал.