Читать книгу Игра во льдах - - Страница 13

– Капитан нас недолюбливает, – сказал я, и мои слова затерялись в завывании ветра, которое теперь казалось мне не просто стоном, а злобным шепотом. – Потому что мы матросы.

– Или из-за той сцены в камбузе…

– Но ведь ты тоже здесь! – резко оборвал я его, и собственная вспышка гнева заставила меня вздрогнуть. Я сделал шаг назад, в более глубокую тень, словно мог спрятаться от собственных мыслей. – Всё гораздо проще, Том. Мы для него – пыль.

– Это несправедливо, – пробормотал матрос, с такой силой вцепившись в штурвал, что костяшки его пальцев побелели даже в полумраке.

Я не ответил, лишь фыркнул, чувствуя, как ярость и нечто похожее на страх сжимают мне горло. Мне нужно было остаться одному. Отойти. Мои сапоги глухо стучали по промёрзлому дереву палубы, пока я отступал к самому лееру, в самый дальний угол мостика, где тень от рубки поглощала меня целиком. За спиной Томас что-то бессвязно бормотал, его голос то взмывал до истеричной дрожи, то падал до безнадёжного шёпота. Он был мальчишкой, чьи наивные мечты о справедливости разбились о ледяной барьер капитанского высокомерия. Но мои муки были куда страшнее.

Но что, если… Что, если Чарльз всё знает?

Мысль вонзилась в сознание, как ледяная игла. Непроницаемая тьма за бортом внезапно обрела злой умысел. Она была не просто пустотой, а слепым, равнодушным свидетелем, который позволит свершиться любому злодеянию. Ветер, хлеставший мне в лицо ледяной крупой, выл уже не просто так – он насмехался. Он шептал имя: Луиза.

Он мог узнать. Ещё в Лондоне. Эта вражда не из-за камбуза… она из-за неё.

Я сжал кулаки, чувствуя, как холод металлического леера проникает сквозь перчатку, сливаясь с холодом внутри. Чарльз не просто мстит. Он садист. Он будет тянуть эту нить, день за днём, заставляя меня плясать под свою дудку, демонстрируя свою власть. Увольнение? Слишком просто. Слишком милостиво. Нет. Он затащил меня на край света, чтобы убрать с чистой совестью. «Несчастный случай в плавании». Упал за борт. Сорвался на обледеневших вантах. Так удобно. Так… окончательно.

А потом он вернётся к ней. К Луизе.

И тут новая мысль, ещё более чудовищная, обожгла мне мозг: а если она с ним? Если она в сговоре?

Перед глазами поплыли строчки того проклятого письма. Такие нежные, такие трепетные. «Береги себя… и Чарльза». Раньше эти слова согревали. Теперь они обжигали, как раскалённое железо. Была ли это забота? Или – инструкция? Увертюра к устранению? Может, для неё я был всего лишь забавным экспериментом, вспышкой страсти на стороне, глупым матросом, которого так легко отправить на убой?

Я провёл рукой по лицу, сдирая с ресниц изморозь, которая внезапно показалась мне слезами. Голова шла кругом. Штурвал в руках Томаса, этот символ контроля над судном, теперь казался жалкой пародией, игрушкой в руках ребёнка, которого ведут на убой. Я не управлял ни кораблём, ни своей судьбой. Я был пешкой. Игрушкой. Приговорённым.

Я начинаю сходить с ума, – с отчаянием осознал я. Это письмо… Оно не даёт мне покоя. Оно висит на мне тяжелее всех мокрых канатов и якорей этого корабля вместе взятых.