Читать книгу Игра во льдах - - Страница 17

Мой взгляд снова и снова возвращался к Эмилии. Она сидела, склонившись к сестре, доедая свою скудную порцию овсянки. Их шёпот был тихим, но напряжённым, и время от времени её глаза, тёмные и пронзительные, метали короткий, оценивающий взгляд в сторону капитана Чарльза. Во мне поднималось глухое разочарование. Мне так хотелось, чтобы этот луч её внимания упал на меня, но она была полностью поглощена своей сестрой и своими мыслями, не оставляя щели в своей броне. Я чувствовал себя неуклюжим великаном за этим столом – вся моя физическая сила, способная свалить медведя, была здесь бесполезна и лишь заставляла меня занимать слишком много места.

Эмилия притягивала меня, как магнитом. Не только своей стальной решимостью и прямотой, от которых у меня перехватывало дыхание, но и своей красотой, которая казалась высеченной из арктического льда. Её светлые волосы, ниспадавшие каскадом до ключиц, всегда были безупречно уложены, словно она даже в шторм сохраняла контроль над каждой деталью. Карие глаза, глубокие и умные, могли быть тёплыми, как шоколад, или холодными, как обсидиан. Небольшой изящный нос, высокая осанка и длинная шея – она держалась с врождённым аристократизмом, который одновременно манил и отталкивал, напоминая о пропасти между нами. Но эта самая недоступность лишь разжигала во мне желание доказать, что я чего-то стою.

– Что ты, Роб, уставился? – раздался рядом голос Стивена, едкий и насмешливый. – Так сильно запала в душу юная леди?

Я повернулся к учёному. Он смотрел на меня с хитрой, вымученной улыбкой, которая никогда не достигала его холодных глаз. Отодвинув свою нетронутую тарелку, он сложил руки на столе, занимая пространство, как хозяин положения. Его поза была открытым вызовом.

– Надеюсь, всё мясо, что мы добудем на острове, ты не будешь складывать к её ногам, – продолжил он, и в конце фразы его губы дрогнули в усмешке.

Стивен самодовольно склонил голову набок, а затем выпрямил её, словно только что продемонстрировал неопровержимый научный факт. В последнее время его едкие комментарии в наш адрес становились всё чаще и язвительнее.

– Любовь, Роб, – начал он с притворной снисходительностью, – это всего лишь одна из многих эмоциональных реакций. Наравне со страхом, радостью, горем. Всё это приходит и уходит, подчиняясь биохимическим процессам в твоём мозгу. Такова природа чувств. Любовь не исключение. Просто иррациональный импульс, который сегодня есть, а завтра испарится. Так зачем же цепляться за столь мимолётную иллюзию?

– О чём ты вообще говоришь? – я нахмурился, чувствуя, как раздражение начинает клокотать у меня внутри. Его слова были похожи на холодную воду, которую вылили на тлеющие угли моих чувств.

– Говорю о том, что куда разумнее строить полезные, долгосрочные альянсы, чем размениваться на это… чувство, – он произнёс последнее слово с презрительной интонацией. – На острове твоя любовь станет лишь обузой, уязвимостью. А вот наше с тобой сотрудничество может оказаться крайне взаимовыгодным. Ты будешь добывать мне уникальные образцы фауны, а я буду их изучать. Разве тебе не лестно внести свой вклад в науку? Мы можем совершить великое открытие. Вместе. А Эмилия будет только отвлекать тебя.

– Мне одна её улыбка дороже всех научных открытий на свете, – выпалил я, чувствуя, как грудь сжимается от гнева.

– Ты так говоришь лишь потому, что не знаешь, что такое настоящая слава, – фыркнул Стивен.

– Зато я знаю, что такое любовь.

– И много она тебе дала, великий охотник? – язвительно протянул он. – Сидишь здесь, в трёх шагах от своей возлюбленной, а она смотрит сквозь тебя. Разве это не доказательство её несостоятельности как теории?

– Вы заблуждаетесь, мистер Кларк, – сквозь зубы произнёс я.

– Заблуждаюсь? – его брови поползли вверх.

– А вы когда-нибудь любили? – бросил я ему вызов.

– Вся моя сознательная жизнь прошла в лабораториях и экспедициях, где я целиком посвящал себя науке, – ответил он с ледяным спокойствием. – У меня не было времени на подобные иррациональные излишества.

– Тогда вы не имеете права судить о том, чего не испытывали, – голос мой прозвучал громче, чем я планировал.

– Я предпочитаю подходить к жизни рационально, – парировал Стивен. – И с этой точки зрения, любовь – одна из самых неэффективных моделей поведения.

– Но она существует, – упрямо настаивал я.

– Прекрасно. Тогда докажите это, – его глаза блеснули. Он поймал меня в ловушку. – Всё существующее в этом мире можно доказать с помощью наблюдения и эксперимента. Вот вам и лаборатория. Прямо сейчас. Докажите мне, что вы любите мисс Браун. Как отличить вашу "любовь" от простой физиологической привязанности или желания продолжить род?

Я на мгновение растерялся. Как можно доказать то, что ощущаешь каждой клеткой своего тела? То, что греет изнутри, когда думаешь о ней?

– Думаю, что на острове мне представится множество возможностей, чтобы это доказать, – наконец сказал я, смотря ему прямо в глаза. – Не на словах, а на деле.

Стивен лишь усмехнулся, многозначительно переведя взгляд на Эмилию. Она всё так же разговаривала с сестрой, абсолютно не замечая битвы, что развернулась за её спиной. Но в моей душе не было ни капли сомнения. Я любил её. Всей своей простой, незамысловатой сущностью. И теперь мне предстояло не только защищать её от опасностей ледяного острова, но и отравляющих душу слов людей вроде Стивена. Оставалось лишь надеяться, что её сердце говорит на том же языке, что и моё.