Читать книгу Великая Пустота - - Страница 14

Утро было стальным. Тяжёлое небо висело над плацем, как крышка саркофага.

Солдаты стояли в строю, выкрашенные в одинаковый серо-зелёный. Кто сдерживал дрожь. Кто жевал остатки сна. Кто думал о стиксе.

На бетон вышел командир батальона – высокий, сухой, с белыми перчатками и голосом как раскат грома по пустыне.

Полковник Халден.

Он прошёлся вдоль строя, глядя поверх голов. Затем остановился.

Пауза.

Голос – как выстрел:

– Вы – не люди. Вы – обнулёнцы. Живые покойники.

Тишина в строю была плотной, как пепел.

– Вам дали шанс быть полезными. Стать частью великого. Родина – в опасности. Родина – за вами. А впереди враг. Без лица. Без жалости. Он режет женщин и детей. Он сжигает поселения. Он стирает культуру. Он идёт за нашей землёй. За вашим будущим. За вашей памятью.

Он сделал вдох. И, уже спокойнее:

– Вы не вернётесь. Почти никто. Но пока вы живы – вы обязаны исполнить долг. Поэтому… послезавтра – бой. Первый для многих. Последний для большинства.

Некоторые в строю вздрогнули. Кто-то сглотнул. Болтон не шевелился.

Полковник выдержал паузу и заговорил снова – иным тоном, как будто рекламировал новый товар:

– Сегодня и завтра у вас есть возможность… пересмотреть контракт. Особенно, если вы подписали его по глупости. Как, например, один из вас – рудлаг Болтон, – кто-то хмыкнул – подписавший его за день до свадьбы. Мило. Но глупо.

– Теперь каждый из вас может… жениться. На наших специальных жёнах. Это быстро, удобно и выгодно. Вы женитесь – мы оформляем брак – вы подписываете правильный контракт – и вся ваша смерть становится выгодной.

В строю кто-то тихо выругался. Полковник продолжал, будто продаёт абонемент:

– За заключение нового контракта – вы получаете: десять баллов, пластинку стикса, и вечер удовольствия. Комната. Напитки. Девочка. Или мальчик. Без разницы. Ваша мораль вам больше не нужна. Вы – живые трупы.

Он помолчал.

Ветер подул по плацу.

– Вы не обязаны соглашаться. Просто подумайте: если уж умирать – пусть хоть кто-то на этом заработает. А если повезёт – выживете. И вернётесь. Героями. Внукам расскажете. Если у вас останутся органы, чтобы зачать их.

Он повернулся на каблуке.

Белые перчатки отразили утренний свет.

– По отделениям – разойтись. И подумайте. Завтра – последний день. Потом начнётся настоящая игра.

Болтон стоял, не двигаясь.

Внутри – ни страха, ни гнева. Только брезгливость и сухое презрение:

«Жена. Контракт. Пластинка. Вечер. И смерть. Всё в одном комплекте. Удобно. Почти гуманно.»

Вечером в казарме уже обсуждали, кого выберут из жен.

У некоторых загорелись глаза – десять баллов означали целую неделю энергетиков, возможность брать еду без очереди, даже отпуск в секторе отдыха.

Болтон молчал.

Он смотрел, как лунный свет падает на койку Нарра, и думал:

«Они уже женаты на смерти? И только успокаиваются тем, что выбирают для себя невесту.»