Читать книгу Наследие Лилит. Эксперимент тьмы - - Страница 10

– Я понял, что ты делаешь, – вставил я. – Это какая-то медитация. Я прав? Как поза цигун из восточных практик. Тело испытывает дискомфорт, но привыкает, а мозг отстраняется от тела, переходя в медитативное состояние, – разумничался я.

Себастьян искоса глянул на меня.

– Что? Я, вообще-то, много чего знаю, – нахмурился я.

– Все верно, – тихо отозвалась Оливия. Было видно, как ей тяжело бороться с неприятными ощущениями: из-за льда ей было холодно до дрожи, а мята уже давно жгла кожу. – И я должна попытаться увидеть за занавесу этого мира… перешагнуть через сопротивление собственного тела…

– Оливия, – проникновенно заговорил Себастьян. – Твое сердцебиение ускорилось. Что ты видишь?

Она стиснула зубы так сильно, что кажется я услышал, как они заскрипели друг о друга.

– Пока ничего… нужно еще потерпеть, – проговорила она так, будто обращаясь к самой себе.

***

ЭЛИЗА

Для моих вампирских ушей эта музыка была более чем отвратительна, била по ушам, резала любое чувство прекрасного, уничтожала его в прах. Однако как раз в таких местах люди забывают о бдительности. Становятся более раскованными, решительными, безумными. Их легко очаровать своим внешним видом, и они готовы будут следовать за тобой куда угодно.

Мы только вошли в это густо заполненное помещение, а мне уже хотелось рвать отсюда когти. Плотный воздух, пропитанный дымом, по́том, алкоголем и слишком громкими парфюмами. Люди тут же бросали на нас взгляды, стоило нам пройти мимо. Ничего удивительно, наша внешность – одно из наших главных оружий. Интересно, кого они видели? Блондинку – модную наследницу многомиллионного бизнеса? Мужчину с огненно-рыжими волосами – богатейшего юриста с мировым именем? Девчонку с неформальными замашками как избалованную и капризную дочь какого-то монарха? Она могла бы быть и моделью. И блондин…

Стоило мне обернуться, как Калеб уже скрылся в толпе. Он всегда так поступает. Прячется и изворачивается. Как будто с его ростом это, в принципе, возможно.

Ну и пусть катится!..

Я тоже скользнула в самую гущу толпы. Представила, будто музыка и жесткие биты захватывают меня. Контролируя каждое свое движение, делая их плавными и изящными, я начала двигаться в такт этой… якобы, музыке.

Естественно, возле меня тут же обнаружились подходящие претенденты. Те самые, что считают, будто могут получить в этом клубе любую. Потные руки прикасались, очерчивая изгибы моего стройного тела. Я позволяла им это. Сама кружилась и извивалась в центре их похоти. Выводила пальчиками давно забытые узоры на их коже, прикасалась к их шеям, прощупывая ускоренный пульс.

Мне нравилось завораживать. Мне нравилось быть в центре их внимания. Но чтобы затея удалась, нужно выбрать одного.

Да, вот этот сойдет. Вполне симпатичный. Темные волосы, плотное накаченное телосложение, и рост подходящий. Зеленые глаза темнели под опущенными ресницами. Руки сильные, пытаются подмять меня под себя.

Это рассмешило меня! Куда ему до меня?..

Но что-то в нем есть. Его даже можно было бы забрать себе…

Но приходится отбросить эту мысль. Лукас не одобрит.

Я держу выбранного мною мужчину крепко за руку. Страсть ли это? Желание? Пусть думает, что хочет.

Я веду его в женский туалет. Он думает, что знает для чего именно. Наивный. Мне всегда это нравилось: наивность как отзвук моей прошлой жизни. Я не осознаю этого полностью, избегаю подобных мыслей. Но ведь я тоже была такой же… наивной… когда-то. Слишком давно, чтобы даже вспоминать.

Кабинка слишком маленькая, но для задуманного вполне достаточно.

Его губы скользят по моим. Слишком влажно. Сжимает мою челюсть с силой. Думает, что он здесь главный. Как же он жалок… его попытки соблазнять и подавлять вызывают у меня смех. И я откровенно смеюсь над ним. Он отшатывается.

– Какого?.. – бормочет он, но я уже показала свои зубки.

Страх в его глазах меня заводит. Я могла бы не пугать его, могла бы залезть в его голову, выпотрошить изнутри, оставив только одну необузданную похоть и больше ничего. Он был бы моей марионеткой. Он бы принадлежал мне. Как та девчонка принадлежит Адриану… Так он сказал.

Непрошеные мысли вызвали вспышку гнева. И очень кстати. Мужчина стал вырываться. Не давая ему даже возможности замахнуться в этом тесном пространстве, я вонзила зубы в мягкую кожу его шеи.

Грубая щетина колет край моих губ. Провожу языком, впитывая в себя вкусы и ощущения от прикосновений к коже и солоноватой теплой влаге. Его пульсирующая кровь наполняет мой рот. Я укусила очень удачно: слегка надорвала артерию. Жидкость вливалась в меня сама. Мужчину пробрала дрожь. Я знала это чувство, я разделяла его с ним прямо сейчас. Чувство беспомощности, ужаса. Он в моих лапах, как в западне. Ему не оторвать меня от себя, не сбежать. Ему больно, чертовски больно. Но за этой болью есть что-то еще…

Его руки стали поглаживать мои ягодицы, грудь, скользят по спине и животу. Я уже и не помнила, как оказалась на нем верхом, прижавшись чувствительным местом к ширинке на его джинсах.

Кровопотеря туманила его разум. Его движения стали вялыми и медленными. Пришлось остановиться. Сделав последний глоток и облизав губы, я заглянула в его замутненные глаза.

– Оказаться на границе жизни и смерти… – прошептала я в его губы. – Это ведь лучше, чем секс?

Он смотрел на меня, будто был до безумия влюблен.

– В разы лучше… – прошептал он, смотря на меня блаженным взглядом из-под дрожащих ресниц.

Я улыбнулась. Это то, чего я хотела. Чего я так сильно жаждала.

Позволила себе на секунду прижаться к незнакомому мужчине. Грудина под моей головой размеренно поднималась и опускалась в такт его дыханию. Он крепко обнял меня, положив подбородок на мою макушку. Знала, что сил у него осталось немного, но он все же нашел их, чтобы чуть крепче меня обнять и прижать к себе. Сильный. Я с наслаждением вдохнула его запах. Запомнила его. Так, на всякий случай.

Лукас не позволит мне привязанностей. Да и я бы не хотела подвергать человека опасности. Не захочется потом расставаться, когда уже успеешь привязаться. Да и под расставанием я подразумеваю убийство.

Адриан поступил глупо. Нельзя нам в нынешних обстоятельствах заводить питомцев. Когда грядет Лилит, мир изменится. Лукас потребует много крови…

С неохотой я отстранилась от мужчины. Из своей сумочки достала пластырь телесного цвета и заклеила ему раны на шее. Он с интересом наблюдал за моими действиями.

– Как тебя зовут? – спросил он.

Я кривовато улыбнулась:

– Тебе это знать не к чему.

– Я не хочу тебя потерять…

– Уже потерял, – серьезно заявила я ему. – Выпей апельсинового сока, съешь что-то сладкое. Это нужно для восстановления.

– Знаю. Я почетный донор, – улыбнулся мужчина. Я все еще сидела на его коленях.

Это заставило меня с удивлением посмотреть на него. Такой правильный хороший мальчик в таком злосчастном месте?.. Не повезло ему встретить вампиршу на своем пути. Очень не повезло.

– Лучше сразу иди домой и отдохни. Выспись, – давала я ему наставления, слезая с его коленей. А резко открыв дверь кабинки, выпорхнула наружу. Какие-то девушки проводили меня и моего мужчину взглядами. Кто-то даже одобрительно поджал губы, заметив мужчину позади меня. Одобрили мой вкус. Что ж, я свой вкус тоже одобряю.

Не оборачиваясь, я проскользнула к одной из ниш, в которой прятались маленькие столики в окружении уютных кожаных диванчиков. Там и сидела Никта рядом со взрослым немного тучным мужчиной в годах. Несмотря на свои объемы, он даже невооруженным взглядом производил впечатление серьезного и высоко образованного мужчины. Твидовый пиджак выдавал в нем профессора. Что такой, как он, здесь забыл?

– Тебе отцовской любви в детстве не хватило? – нахмурилась я на нее, перекрикивая громкую музыку.

Синие волосы даже в темноте искрились переливами. А ее готический наряд делал ее моложе на вид, чем ей было по факту в день ее смерти. Ей нравится выглядеть как подросток. Стараюсь не осуждать.

Мужчина рядом с ней с неудовольствием посмотрел на меня: я прервала их удивительно важный разговор. Вероятно, учил ее уму-разуму и как нехорошо столь молодой особе, как она, ходить по столь очевидно плохим местам…

От него так и разило правильностью, может даже набожностью. А сам он был не прочь залезть под черную юбку моей подопечной.

– Мужчины в возрасте могут быть очень обаятельными, – с полной серьезностью ответила Никта, поглаживая своего избранного по коротким волосам, как делала бы будь он комнатной собачонкой. Она посмотрела в сторону и нахмурилась: – А ты не почистила ему память?

Я обернулась. Мой мужчина внимательно наблюдал за мной и моей компанией издалека. Смотрел, но не вмешивался. Хороший мальчик.

– Он не забьет тревогу. Эти современные мужчины не пугаются нас, а наоборот, хотят, – кинула я на сидящего рядом с ней мужчину.

Он начинал теряться в нашем разговоре, судя по тому, как он прижал к себе Никту, ему это было не по душе.

– Смотри, кого он привел! – шокировано воскликнула Никта, показывая пальцем куда-то в сторону входа.

Люди толпились, попивая коктейли, недалеко от входа высилась барная стойка. Но я заметила его. Адриан. Со своей человеческой девушкой. А она в моей одежде. Снова.

Я резво проскользила к ним.

– Какого черта?!

– Остынь, Элиза, – тут же рядом оказался Калеб, удержав меня за руку. – Посмотри, как она принарядилась в твои вещи, ее тут никто не узнает.

Но это было не единственной причиной моему гневу, что разгонял только совсем недавно выпитую кровь.

– Своих зверят надо держать дома на цепи, а ты решил ее выгулять?! Лукас, как твой Господин, этого бы не одобрил!..

Что меня взбесило еще больше: он загородил от меня свою девчонку.

– Пойдешь жаловаться? – просто спросил Адриан, но, не услышав ответа, продолжил: – У меня все под контролем. И ты это знаешь.

Сжимая кулаки, я двинулась к ним ближе, но рука Калеба на моем плече стала тверже.

Я хотела бы им что-то сказать, но…

Калеб приобнял меня, уводя в сторону от них.

– Ты же сама понимаешь, что выглядишь глупо? – начал размеренно говорить Калеб, когда мы отошли в сторону, под одну из пустующих уединенных ниш.

– Угу, спасибо, друг. Ты как никто умеешь поддержать… – отозвалась я глухо.

– Ты ведь его даже не любишь, – все также размеренно резал он меня правдой. – Только не хочешь отпускать. Но он ведь уже давно не твоя игрушка. Теперь он взрослый и сам по себе. Ты сама так решила. Помнишь?

– Я все прекрасно помню.

Когда-то, когда мне пришлось лишиться своего любимого, тоска и горе затмевали мне разум. Я и так уже очень много близких потеряла: во времена своей человеческой жизни и будучи вампиром. Обретя новую плоть, я рассчитывала, что больше не познаю горечи тех немыслимых потерь. Однако, жизнь решила иначе.

Лукас решил иначе.

Это было его решение – избавить меня от единственной слабости, что уводила меня от предначертанного пути. И он был прав. Моя любовь к Себастьяну стала моим безумством, держала в тисках, лишала силы воли. Он был моим миром.

Зачем мне идеальный мир и любовь самой Лилит, если у меня уже есть тот, кто дает мне все, в чем я так страстно нуждаюсь?..

«Есть?.. Был» – поправляю я себя мысленно.

Тогда Калеб нашел для меня его, Адриана. Восточный мужчина, черные глаза, темные волосы. Жизнь и сила кипели в нем. Он был полной противоположностью тому, что я знала. Полной противоположностью Себастьяну. Под моим пальцами вместо холода появилось пламя, вместо мягкого шелка платиновых волос – жесткость темных волн. Все под моими пальцами было иным, и я была этому рада. Какое-то время.

Я любила Себастьяна. Всем своим мертвым сердцем. Так сильно его любила, что сама хотела умереть.

Возможно, где-то в глубине себя, до сих пор хочу.

Калеб вырвал меня из воспоминаний фразой: – Ты сегодня прекрасно выглядишь.

Слышать от него комплименты было мне в новинку. Он верный друг, но всегда держит дистанцию.

Я вгляделась в его голубые глаза, цвета распускающихся гортензий. Он смотрел на меня без интереса, без желания, но как-то задумчиво. Или даже скорбно, тоскливо.

– Что с тобой? – вырвалось из моего рта.

– Ты и Лукас… Ты в курсе про все его дела?

– Почему ты об этом спрашиваешь?..

– Просто ответь. – Проявил он твердость.

Я опустила взгляд, рассматривая белые пуговицы на рубашке в тон его глаз.

– Я никогда не заходила дальше первой лаборатории… На его территории, – уточнила я.

Мы оба понимали, что значит «его территория»: в подвале есть дверь из особого сплава, через которую не пройти даже вампиру. Только у Лукаса есть ключ, мы даже не знали как этот ключ выглядит.

Внутри помещения стены облицованы таким же сплавом. Это затрудняет вход и выход для любого, кто захочет узнать секреты Лукаса.

Мы бы никогда и не стали пытаться.

Калеб задумчиво смотрел мне через плечо.

– Что тебя беспокоит? – спросила я его. – Ты же знаешь: все, что Лукас делает, он делает для блага и процветания всех вампиров. Его цель…

– Вернуть Лилит. Я это понимаю. Но не могу не задаваться вопросом… Что если с приходом Лилит мир изменится не так, как нам всем того бы хотелось?..

Тревога разрослась в моей груди. Он озвучивал очень опасные речи. Я притянула его лицо к своему.

– Лукас знает, что делает. Верь ему! Не заставляй его разочаровываться в себе!..

Калеб замотал головой:

– Ты не так поняла меня. Я верю в Лилит. Ни на секунду не засомневался… но я хотел бы принять участие. Я хочу помочь в становлении нового мира. Ему нужно больше ведьм? Я их ему достану.