Читать книгу Наследие Лилит. Эксперимент тьмы - - Страница 2

ДАРРЕН

В три часа ночи на моем пороге появился вампир. Не за дверью, а материализовался прямо на коврике моей прихожей. Хорошо, что хотя бы догадался постучаться со внутренней стороны двери. Крайне демонстративным способом, должен признать.

Не знаю какие были манеры у дворян конца восемнадцатого века, но сейчас они выглядели крайне противоречиво.

Я подскочил с места своего незапланированного сна, – с незаправленного раскладного дивана, что занимал треть съемной квартирки. Хорошо, что жаркий день сменился прохладной ночью, я уснул прямо в домашних широких шортах и помятой футболке. Обычно я сплю голым. Вряд ли бы это понравилось нежданному гостю.

Как бы это не выглядело со стороны, я был ему рад.

– Есть дело? – прохрипел я, пытаясь продрать глаза.

Он облокотился на дверной косяк, скрестив руки на груди, оглядывая мою по-простецки обставленную берлогу. Со взглядом крайнего пренебрежения, из раза в раз удивляясь как можно жить в таких условиях.

Меня же постоянно удивляли длинные серебристые волосы вампира, что струились по плечам. Как можно так много заморачиваться со своим внешним видом? Волосы у него были лучшего качества, чем у любой из моих бывших. А их у меня было больше, чем достаточно.

– Да. Я успел осмотреться до приезда полиции. На данный момент у них нет версий произошедшего, – не проговорил, а скорее пропел, вампир, растягивая фразы, делая их невозможно изящными.

Я начал собирать вещи: брюки, выглаженная рубашка из одиноко стоящего в углу шкафа-пенала. Ботинки, в которых будет одинаково удобно в конференц-зале полиции и на месте происшествия.

– Ты, очевидно, считаешь это дело рук своих?

– Своего вида?.. Пожалуй, – будто устало, а потому протяжно, согласился он. Будто он умеет уставать! – Они попытались скрыть следы, хотя и сделали это крайне неумело. Для тех, кто знает, что искать.

Я бросил на него заинтересованный взгляд и он пояснил:

– Разрывали укусы на телах жертв. Будто те напоролись на стекло или… имитируя открытые переломы.

Во рту стало тошнотворно горько.

– Сколько жертв? – сжимая губы, спросил я, уходя в ванную, полагая, что только там я смогу спокойно переодеться без его снисходительного, но ставшим таким привычным, взгляда.

– По предварительным данным… больше десяти. Не все тела еще нашли.

Я выглянул из-за двери, застегивая кожаный ремень.

– Пирушка? Для нескольких? – ошарашено уточнил я.

– Для одного вампира многовато крови за один раз, – словно размышляя вслух, проговорил он. – Есть и выжившие.

Понимая, что дело срочное, я начал собираться еще спешнее. Прополоскал зубы мятным ополаскивателем, не успевая почистить зубы.

Скривился от осознания, что в приходе вампира прямо в квартиру была еще одна причина. После нападения вампиров выжившие – редкость. Если они есть, то есть и вероятность того, что их решили обратить. Пусть совсем небольшая, однако нужно убедиться. И как можно скорее.

– Придется по теням?.. – уточнил я, застегивая последние пуговицы, натянул кобуру с специальным оружием. Набросил на плечи пиджак.

Вампир скользнул взглядом по ненавистному оружию. Ему придется так или иначе с этим смириться, если собирается и дальше притворяться хорошеньким.

– Если не хочешь их упустить, – приподняв изящную бровь, ответил вампир.

Знает же где надавить побольнее.

Найти вампиров после совершенного нападения крайне сложно, зачастую даже невозможно. Но, даже если вероятность выйти на след крайне мала, мы не должны ее упускать.

Проверив, что оружие на месте, как и необходимые подтверждающие документы в твердых корочках, и – скажу откровенно, набравшись смелости – я подошел к вампиру.

– Я готов, – отрапортовал я.

– Наконец-то, – высокомерно и холодно улыбнулся он, постоянно насмехаясь над человеческой медлительностью.

Вампир протянул свою изящную ладонь, позволяя мне за нее схватиться. А схватиться нужно было со всей силы. Рука холодная, словно мраморная. Мерзкий он, конечно. Но лучшего напарника я бы и пожелать не смел.

Чтобы охотиться на вампиров, нужен вампир. А я, даже имея изрядный запас знаний и опыта, уступал ему во всем. Он мог найти такие улики, которые даже опытные криминологи могли профукать. Да и последние годы работы бок о бок с ним, дали мне какое-никакое понимание того, что он из себя представляет.

Может вампиры и мнят себя загадочными существами, для меня он был как открытый гроб. Точно знаю, нельзя обманываться на его счет.

Черная мгла окружила нас, забиваясь в нос и легкие, давила на глазницы, заставляла терять всякое ощущение реальности. Верх и низ перестали иметь какое-либо значение, воздуха нет, времени тоже.

Сколько бы я не пытался выпытать, что это за Тьма такая и что она собой представляет, как они открыли ее существование, почему ею могут пользоваться только сверхъестественные существа, так и не смог получить внятного ответа. Может он действительно не знает, а вероятнее всего, скрывает от обычных людей (и меня как их представителя) тонкости их магии.

Нас выбросило в поле. Свежий, будто мятный ветер взбудоражил меня. Летний рассвет наступал довольно рано. Однако пока еще только начинал заниматься на востоке, светлой низкой полосой.

– Где мы?

– Между городами Н*** и К***. В той стороне автобус… – начал говорить вампир, но затем замер, словно прислушиваясь к чему-то. – Пересчитали пассажиров. Двоих госпитализировали. Одного не хватает.

– Как это понимать? – встрепенулся я. – Они забрали его с собой?..

– Частая практика, – отозвался вампир. В его глазах появилось что-то вроде ностальгии.

Я не преминул спросить: – И ты так делал?

– В свое время, – нехотя отозвался он.

– И тебе никогда не было жалко своих жертв?.. – Глупый вопрос.

Именно так он на меня и посмотрел, как на глупца.

– А тебе бывает жаль курятину?

Я отвернулся от него, оглядывая местность.

– Откуда они могли прийти? – спросил я, меняя тему.

– Если не по теням, то своим ходом. Бегом, – уточнил он. – Многим нравится. Или на машинах, припарковались дальше.

– Сколько вампиров нужно чтобы напиться десятью людьми?

– Сложно сказать. Если не полностью обескровливать тела… А они так и делали. Может три или четыре вампира, – лениво протянул он. А, потупив взгляд, возможно воссоздавая в своей голове события происходящего, добавил: – Это было их развлечением. Ушли от привычных способов кормления…

Я поджал губы. Его размышления были мне неприятны. А ответы ничего не дали, обо всем этом я и сам догадывался.

– Попытаешься снова подойти поближе и разнюхать? – спросил я, прогоняя непрошеные образы из своего сознания.

Он скривился от последнего слова:

– Я тебе не собака, – зазвучала скрытая угроза в его голосе.

– Ты понял, что я имею в виду, – примирительно отозвался я, поднимая руки.

Он внимательно осмотрелся по сторонам. Или только сделал вид.

– Нечего вынюхивать. Были разные запахи… Не думаю, что кто-то из них мне знаком, – проговорил он, имея в виду нападавших.

– А пропавшая? – уточнил я.

– Мне нужны ее вещи, чтобы запомнить запах. Но если тебе нужна ищейка, обратись к оборотням, – отрезал вампир.

– Ладно-ладно! Я понял. Просто хочу убедиться, что ты заинтересован в поиске, – примирительно поднял я руки, сдаваясь.

– Пока на мне этот браслет я всегда заинтересован, – честно ответил вампир.

– А что ты бы делал, если бы его на тебе не было? – Первый по-настоящему интересующий меня вопрос.

Хотел бы я завуалировать его как часть работы, нашего взаимовыгодного сотрудничества, однако вампир тут же раскусил меня.

– Хочешь подружиться? – приподнял он изящные брови.

– Только если не будешь отвечать вопросом на вопрос, – отозвался я.

Вампир издал гортанный звук, будто усмехнувшись.

Я понимал, что сейчас не время и не место налаживать контакт. Но этот вопрос мне не давал покоя уже многие месяцы. И теперь, когда он сам собой вырвался, не хотелось делать шаг назад и упускать возможность.

Я молчал, ожидая его ответа.

– Я оказался в железном гробу из-за предательства, – вдруг сказал он с мертвой маской на лице.

Обычно он старался заполнить это белое полотно правдоподобными эмоциями. Иногда это выходило излишне демонстративно. Однако сейчас, не видеть на его лице абсолютно никаких эмоций, казалось зловещим знаком.

– Кто тебя предал?

– Это бы я и хотел выяснить, – продолжил вампир безэмоциональным тоном.

– И что ты сделаешь, когда узнаешь? – решил уточнить я на всякий случай.

У меня не было никаких сомнений в том, что сделает вампир, стоящий передо мной. Это было максимально очевидно. Растерзает, уничтожит, будет медленно пытать.

Никогда нельзя забывать, что вампиры зачастую прирожденные убийцы и, что хуже, психопаты без капли сомнений и душевных мук. У них нет совести. Они идут своим путем, добиваются своих целей, не считаясь ни с чем.

Хотелось бы мне выяснить, что происходит с биохимией мозга в процессе и после превращения.

До того, как попасть в группу Ликвидаторов… Еще до того, как я узнал о существовании сверхъестественного мира, вампиров и оборотней, странных людей со сверхспособностями, я работал в полиции. И так уж вышло, что мне доводилось участвовать в поисках серийных убийц. Может, я и выполнял там скорее подручную роль, желая быть максимально полезным, я изучил много литературы и прошел курсы по психопатологии серийных убийц. Клиническая психология стала моим хобби.

И вампир, что сейчас стоял передо мной в строгом современном черном костюме, словно свидетель жениха, пугал меня на каком-то инстинктивном уровне похуже, чем любой убийца, которого я когда-либо видел по долгу службы.

Вампир обратил на меня холодный взгляд серых глаз.

– Буду мстить, – легко улыбнулся он. За холодностью пряталась нежность.

«Не об убийстве говорит, о чувствах к женщине» – почему-то промелькнуло в моей голове.

Я покивал, засунув руки в карманы брюк, соглашаясь.

В глубине души я даже и не знал как к этому относиться. Мои внутренние ориентиры давно потеряли всякую устойчивость. Раньше я точно бы знал, что думать о подобном. Однозначно – «плохо». Однако сейчас… я ему даже не в некотором роде сочувствовал.

– Подкинь меня до больницы. Знаешь в какую именно доставили выживших? – перевел я тему, оглядывая пространство вокруг.

Розово-синее небо со стремительно бледнеющими звездами на востоке. Рассеивающийся туман и влажная трава под ногами. А где-то впереди – шоссе и перевернувшийся автобус с копошащимися вокруг него спасателями, полицейскими и коронерами, что должны будут забрать тела погибших, исследовать, подготовить и передать родственникам. Как муравьи вокруг муравейника.

– Да. Я доставлю тебя туда. Тебе нужна помощь?.. – начал вампир, но осекся.

Внезапно, даже для самого себя, я рассмеялся:

– Только не говори, что заботишься обо мне! – пожурил я его.

Он очень серьезно посмотрел в ответ. Под таким взглядом особо не посмеешься.

– Если ты не справишься… будут жертвы.

Я сжал зубы:

– Я привык учиться на собственных ошибках. И больше их не повторю. – Позволил я стали зазвучать.

Вампир сухо кивнул и протянул ладонь.

Я вцепился в мрамор. Ему-то без разницы. Вряд ли он поймет, как сильно я сжимаю его руку, сдерживая дрожь. Удивительно, но над этим моим человеческим проявлением он не считал нужным насмехаться.

Та ошибка стоила жизни многим…

Была одна вампирша, что очень хотела иметь детей. И даже старые фильмы про вампиров с иллюстрацией того, какой это глупый поступок, ее не убедили. Не сдержали. И она создала вампира – маленького мальчика с соседней улицы, которого видела, еще будучи живой. Сын ее бывшей школьной подруги.

Эта вампирша думала, что, если обратить ребенка, он будет считать ее своей новой мамой. Таков был ее замысел.

А я не заметил признаков обращения. А, может, заметил да не хотел сам себе признаваться. Дал слабину. Я не убил его до того, как стало слишком поздно. До того, как многие пострадали.

Рваные шрамы на спине обычно не разглядеть в зеркале. Я и старался не обращать на них внимания. Иногда, действительно, забывал про них. Лишь изредка, когда неосторожное движение при повороте корпуса заставляет кожу неестественно натягиваться, я вспоминаю тот страх и ужас, когда пришлось убить ребенка.

Может тот мальчик и был уже мертв, – обычно так я себя успокаиваю, – однако мне от этого нисколько не легче. Его лицо до сих пор перед глазами, стоит мне их закрыть.

В тот день напарник-вампир спас и мне, и многим другим, жизнь.

Однако, несмотря на мое к нему чувство благодарности, я все равно терпеть не могу называть его по имени. Даже в собственных мыслях. Словно за всеми хорошими чувствами мне все равно не избавиться от собственных предубеждений к вампирам. И к нему, как к их представителю.

Его сущность так же опасна как ядовитая змея. Не хочу остаться в дураках, пригрев такую на собственной груди.

Все эти эмоции так сильно затмили мой разум, что я почти не заметил накрывшую меня с головой плотную тьму. Дезориентированность, дереализация. Кажется, еще секунда, и можно захлебнуться черным сумраком.

Тьма вытошнила меня в, неосвещенную уличными фонарями, подворотню. Вампир оставил меня здесь одного, а сам вновь исчез.

Я уперся ладонями и лбом прямо в шершавый пыльный камень стены. Отвратно пахло испражнениями и гниющим мусором, но я радовался уже и тому, что здесь есть воздух.

Нужно отдышаться. Привести мысли в порядок. Заточить свой разум на основополагающую цель моей жизни – спасти тех, кого можно спасти и убить тех, что уже мертвы.

Даже не знаю, что из этого сложнее.

Собравшись с мыслями, я отряхнул пиджак и брюки от пыли. С нарочито бодрым видом вышел на утреннюю площадь. С правой стороны располагается приемное отделение. Нужно выяснить куда доставили пострадавших, но не привлекая внимания.

Доставая подготовленные «корочки», я предъявил их дежурной за стойкой. Она была так поглощена чем-то на экране рабочего компьютера, что, даже особо не рассматривая мои документы, направила меня по следу.

Система Ликвидаторов работает исправно. Стоит сделать пару звонков, и кто-то из отдела информационных технологий подчистит записи с камер видеонаблюдения городских служб. Потому мне не нужно было прятаться, лишь избегать столкновения с сотрудниками больницы. Не то чтобы они смогли бы остановить меня, просто лишний хаос не к чему.

На секунду я замер. Вогнав в себя как можно больше пропитанного химикатами воздуха, я толкнул нужную дверь. Приглушенный свет, датчики аппаратов жизнеобеспечения. Женщина лет сорока лежит на кровати. Мертвенная бледность на неровной коже была ей не к лицу.

Время ограниченно, потому я спешил. Не обращая внимание на страх, что она может очнуться в любой момент и, возможно, схватить меня за горло, я стал осматривать ее тело на предмет повреждений. Приходилось не только отодвигать плотно наложенные бинты, но и разрезать их одним из маленьких метательных ножичков, что обычно прятались под каждой из моих штанин.

Найдя нужный разрыв плоти (что только подтвердило мои опасения), я перешел к куда более неприятной процедуре: стал осматривать глаза и верхние десны. Под упругими веками закатились кровавые белки глаз. Еще не такие красные, как в процессе их неистовой жажды, но дающие мне еще одно доказательство начала процесса обращения. Набухшие десны стали последним неоспоримым подтверждением.

Тонкий стальной кол напоминал нож для колки льда. Пробив им ее грудь, я с сожалением посмотрел на очередную оборванную жизнь. Я почувствовал себя так, будто разделил с преступником его злодеяние.