Читать книгу Разлом - - Страница 20

В своей каюте, запертой изнутри, Каэл наконец позволил себе дрожать. Адреналин отступал, оставляя после себя пустоту и холод. Он вытащил ком-линк, добытый в вентиляционном канале. Это было простое, чистое устройство без идентификаторов. В памяти был один зашифрованный контакт. И текст: «Твой выбор – не между порядком и хаосом. А между палачом и человеком. Если готов слушать – позвони. Один шанс.»

Он смотрел на экран, его палец замер над кнопкой вызова. В голове проносились образы: улыбающаяся Элира на фотографии; холодные глаза Северана, видевшие в нем лишь переменную в уравнении; растерянное лицо Гранта; хищная уверенность Вейла. И тихий голос Тэрена: «Иногда самый правильный приказ – тот, который отдают себе».

Он нажал.

Связь установилась почти мгновенно, с качеством, указывающим на мощные ретрансляторы. На экране возникло лицо. Не Лиары Весс, как он ожидал, а мужчины лет сорока с пятью, с умными, усталыми глазами и шрамом через бровь. Это был не солдат и не аристократ. Это был кто-то третий.

– Каэл Рин, – сказал мужчина, не как вопрос, а как констатацию. – Меня зовут Эрран. Я представляю интересы… людей, которые устали от диктатуры безупречности. Мы наблюдали за тобой.

– Зачем вы это сделали? Эта диверсия? Вы только подставили людей под репрессии!

– Мы создали ситуацию выбора. Для тебя. И для него. И ты видел результат. Севран выбрал ужесточение хватки. Он всегда выбирает это. Это единственный язык, который он понимает. А ты? Ты все еще веришь, что систему можно исправить изнутри?

Каэл молчал. Он не знал ответа.

– У нас нет времени на философию, – продолжил Эрран. – Вейл и его ищейки уже начали облаву. Они арестуют невинных, будут пытать, чтобы выбить признания. Ты это допустишь?

– Я ничего не могу сделать! Меня отстранили!

– Ты можешь сделать выбор. Остаться в стороне и наблюдать, как твои слова о «моральном духе» топчут сапогами внутренней стражи. Или… предоставить нам информацию, которая позволит вывести некоторых из-под удара. Схемы станции. Графики патрулей внутренней стражи. Ты знаешь, где слабые места в их новой системе безопасности. Ты помог ее создать.

Это было уже прямое предложение об измене. Передача секретных данных врагу. Каэл чувствовал, как пол уходит из-под ног.

– А если я откажусь?

– Тогда люди пострадают. А ты останешься с чистой, никому не нужной совестью в своей камере-каюте, пока вокруг ломают жизни. И в конце концов, Вейл все равно придет и за тобой. Ты для них – живое доказательство того, что их методы не работают. Они не оставят тебя в покое.

Логика была безжалостной, как у Севрана, но с обратным вектором. Империя давила долгом и страхом. Мятежники давили долгом и состраданием. И те, и другие требовали от него выбора. И выбора немедленного.

– Что вы сделаете с информацией? – спросил Каэл, и его голос прозвучал хрипло.

– Мы спасем тех, кого сможем. И нанесем точечный, точный удар по аппарату репрессий. Мы не хотим взрывать станцию, Рин. Мы хотим взорвать миф о ее неуязвимости и справедливости. Ты дашь нам инструменты. Мы сделаем все, чтобы твои люди не пострадали. Честное слово солдата.

«Честное слово солдата». Каэл почти усмехнулся. Он больше не был солдатом. Он был чем-то сломанным и пересобирающимся.

– У меня есть условия, – сказал он неожиданно для себя. – Никаких смертей среди персонала станции, если можно избежать. Вы выводите только тех, кто в реальной опасности. И… вы найдете способ доставить данные о артели «Последний Рубеж» наружу. Чтобы о них узнали. Все.

Эрран на другом конце провода медленно кивнул.

– Принимается. Данные об артели мы уже распространяем. С фотографиями. Но твое участие ускорит процесс. Что касается условий… мы не мясники. Мы пытаемся построить что-то лучшее, а не повторить ошибки Империи.

Возможно, это была ложь. Возможно, нет. Но у Каэла не было выбора. Вернее, был: между соучастием в зле по приказу и соучастием в зле по собственному решению, но с надеждой на меньшую цену. Он выбрал надежду.

– Хорошо. Я передам вам данные. Но только по защищенному каналу и один раз.

– Договорились. Жди инструкций через этот же ком-линк. И, Каэл… добро пожаловать в войну. Надеюсь, твоя совесть выдержит то, что нам предстоит сделать.

Связь прервалась. Каэл опустил ком-линк. Война. Он теперь был в войне. Не как солдат Империи, а как тайный агент… кого? Сопротивления? Мятежников? Террористов? Определение зависело от точки зрения. Его руки дрожали, но внутри, впервые за долгие дни, воцарилось странное, леденящее спокойствие. Выбор был сделан. Путь назад отрезан. Теперь ему предстояло жить с последствиями. И действовать.

Он подошел к смотровому иллюминатору. «Вечный Страж», огромный и казавшийся незыблемым, висел в черноте. Но Каэл теперь знал: трещины были не только в его душе. Они были в самой стали корпуса, в самой ткани Империи. И он, Каэл Рин, только что влил в одну из этих трещин первую каплю яда. Последствия будут необратимы.