Читать книгу Башня Богов: испытание человечества - - Страница 18

Мы двинулись дальше, и через пару минут до меня вдруг дошло, что Аня на самом деле не пыталась узнать обо мне побольше или понять, как я завалил тех существ и не устал. Ей было совершенно всё равно, что я отвечу. Она спрашивала исключительно для того, чтоб найти точку опоры и не дать собственному разуму упасть в пустоту.

– Аня, – я нарочно позвал её, вспомнив, что где-то когда-то слышал, будто имя человека, произнесённое вслух, заставляет его сосредоточиться на говорящем. – Внимательно смотри под ноги, старайся наступать так тихо, как сможешь без потери скорости. Краем глаза всё время держи меня в поле зрения. А если услышишь что-то странное – говори сразу. Даже если тебе это покажется полной ерундой, не стоящей внимания.

– Хорошо, – кивнула она. – А ты… ты думаешь, что их тут много?

Я не хотел обсуждать тех существ. Я ничего о них не знал, кроме цвета их крови и того, что они настроены к нам враждебно. Но деваться было некуда.

– Я думаю, что тот, кто убежал бы за подкреплением, успел бы привести его быстро, – сказал я. – Значит, да – их много. Поэтому мы не задерживаемся. Надо уйти как можно дальше, чтоб они не захотели бы нас преследовать.

Аня кивнула и замолчала.

Вскоре я ощутил изменения в мышцах – в них появилась знакомая тонкая дрожь, которая приходит, когда пропускаешь тренировку, и организм начинает отбирать у тебя форму, как долг, который ты не выплатил вовремя. Поймал себя на том, что сжимаю челюсть, и заставил себя расслабиться, потому что зажатость крадёт силы.

Я вспомнил тренера. Лицо за давностью лет потеряло чёткость черт, но вот голос, ровный и злой, я не забуду, наверное, уже никогда. Именно этот голос заставлял меня собраться в тот момент, когда я выходил на старт, и мозг начинал паниковать.

«Остановись на две минуты, выровняй дыхание, верни в голову простой счёт, потому что лучше потерять две минуты и сохранить контроль, чем потерять контроль и проиграть всё», – именно такой была фраза, которую он произносил всякий раз.

Но тогда проигрыш означал второе место, синяк, разбор полётов и ещё один цикл подготовки. А здесь он выглядел как синяя трава под спиной и пустые глаза, уставившиеся в лиловое небо.

Я посмотрел на Аню и подумал, что зря не заставил её ещё немного отдохнуть. Она снова устала, и ей снова требовалось собрать мысли в кучку, чтоб продолжить движение. А для этого ей нужно услышать от меня простые вещи, иначе она снова начнёт цепляться за страх.

– Ты молодец, – просто сказал ей я. – Ты хорошо держишься. Это самое главное.

Она растерянно опустила взгляд на свои дрожащие руки.

– Я… я стараюсь, – пролепетала она.

– Продолжай, – подбодрил я её. – У тебя получается. На руки не смотри, это нормальная физиологическая реакция на стресс, она пройдёт. Любой страх проходит через движение и мозг, занятый решением каких-нибудь задач. А если вдруг станет совсем плохо, скажи сразу.

Она кивнула, и я увидел, что ей стало легче уже от того, что она получила право сказать «плохо», а не изображать из себя железо.

– Меня, кстати, Женей зовут, – вспомнив, что так и не представился, исправился я.

Она едва заметно улыбнулась.

– Я Аня… А, я же уже говорила…

– Ну вот и познакомились полноценно, – поддержал её бледную, но всё-таки улыбку, я.

Лес снова стал густеть. Листва плотнее закрыла небо, и стало казаться, что лиловое небо потемнело. Но это было обманчивое впечатление – в просветах листвы было хорошо видно, что день ещё в разгаре.

Или что-то, что тут этот день заменяет.

Я снова погрузился в мысли о том, почему Башня, починив моё колено, не убрала болезнь. Ну вот никак мне не верилось в то, что она на это не способна. Скорее это выглядело как выборочная починка – вот это нашему первому участнику будет мешать, а это вот очень интересная особенность, давайте посмотрим, как он себя покажет с нею. А чтоб он не задумался об этом раньше времени, давайте наобещаем ему бонусов. Ну а что, он и с колена, небось, счастлив будет, как ненормальный! А потом поздно станет спрашивать, да и не с кого.

Тогда, в белом пространстве, мне, правда, тоже вряд ли бы удалось что-то узнать.

Блин, никогда не любил сделки, где мне не показывают договор полностью. Но подписать умудрился именно такую.

Я коснулся ножен на поясе, почувствовал холод металла. И вздрогнул, когда Аня снова подала голос.

– Слушай, – тихо сказала Аня. – А ты… ты видел что-нибудь… там, в белом пространстве? Ну, кроме экрана

– В смысле? – не понял я.

Она замялась.

– Ну… людей.

– Конечно, видел. В хабе, – я пожал плечами.

– Нет, я не про хаб. Чуть позже… Когда отсчёт закончился, нас словно кинуло опять в белое пространство. Только оно уже было не пустое. Там вдалеке была Башня, и нас несло прямо к ней. А я в какой-то момент подняла глаза и увидела, что наверху тоже есть люди.

– В Башне? Или на Башне? – я превратился во внимание и даже остановился, чтоб не пропустить ни одного слова Ани.

– Не в башне, а рядом. Ну, в небе, – щёки Ани покраснели, как будто ей и самой казалось, что она несёт какую-то пургу.

Но я слушал очень внимательно, и в голове щёлкали сходящиеся друг с другом куски наблюдений.

Я никакой Башни не видел, для меня отсчёт сразу сменился этим раскрашенным в дикие цвета лесом. Зато у меня ещё до хаба было белое пространство, в котором со мной общалась непонятная система – наверное, это и была сама Башня. И, вполне вероятно, осмотрись я внимательно, а не офигевай от вылеченной коленки и состояния, близкого к идеальному (или как там было написано?) тоже мог бы заметить что-то интересное.

– … мне показалось, что там кто-то есть, – не заметив моей задумчивости, закончила Аня и посмотрела на меня, закусив губу. – Там были силуэты кого-то, похожего на людей.

– А чьи, ты видела?

Она покрутила головой.

– Но я думаю, что это хозяева Башни.

– Всё может быть, – уклончиво ответил я. – Я никакую Башню не видел, у меня сразу включился этот дурацкий лес. Видимо, у всех попадание сюда немного различается.

– Наверное, – закивала Аня. – Может, даже из-за того, что люди своё внимание обращают на разные вещи. Я вот заметила Башню, а кто-то другой, может, ещё что увидел.

– Поспрашиваем, если встретим, – решил я.

И тут неподалёку раздался шорох. Короткий и сухой, он послышался сбоку и не был похож ни на треск сломавшейся под ногой ветки, ни на шелест приминаемой травы.

Я поднял руку, останавливая Аню, и сам замер – любой звук сейчас мог стать приглашением. А я бы предпочёл сначала выяснить, с кем или чем на этот раз мне предстоит иметь дело. И этого дела не иметь, если тот, кто к нам приближался, мне вдруг не понравится.

Аня послушно замерла, и, кажется, даже постаралась дышать тише.

Шорох повторился ближе, и на этот раз в нём послышалась уверенная поступь того, кто умеет передвигаться совершенно бесшумно, но при этом совершенно не боится быть услышанным.

И тут из-за ствола вышла замотанная во всё белое фигура. Понятия не имею, как о