Читать книгу Башня Богов: испытание человечества - - Страница 8

Взгляд сразу зацепился за парня в спортивной форме, который стоял чуть отдельно и держал руки на поясе, будто готовился выйти на старт. Он явно пытался сделать вид, что всё нормально. Но его выдавали бегающие в панике глаза.

Мужчина лет тридцати, в офисном костюме, держал телефон так, будто хотел позвонить, и раз за разом давил пальцами на экран, но связи здесь, похоже, не было. Он шептал что-то себе под нос, и губы у него двигались как бы не быстрее мыслей.

Две девушки, бледные, обе в коротких куртках. Одна пыталась что-то говорить, но слова застревали в горле, и на выходе получалось что-то бессвязно-истеричное.

Парень у колонны, старательно делающий вид, что ему всё равно. Он держался так, как держатся люди, у которых в жизни было слишком много драк и слишком мало разговоров. Вот этот был опасен. Но не из-за силы – откуда она могла взяться в его тощем теле? Он был опасен из-за своего равнодушия ко всему и всем, кроме себя.

Я услышал, как в хабе растёт шум – люди начали говорить. Поначалу тихо, как в очереди к врачу. Потом громче. Кто-то спрашивал, кто-то ругался, кто-то смеялся нервным смехом, который всегда звучит одинаково и всех раздражает.

– Это квест? – спросил кто-то, и в голосе прозвучала надежда.

– Это похищение, – ответил другой голос, уверенный, будто его обладатель просто не допускал иного развития событий.

– Я в торговый центр шла… – тихо сказала девушка, и я услышал в её голосе злость. – В торговый центр. На шопинг. Я вообще не…

Она не договорила. Слова сорвались в пустоту, а девушка закрыла рот ладонями и затряслась в беззвучной истерике.

Я сделал шаг к центру, но остановился. Слишком выделюсь, сразу произведу впечатление, что хочу «взять слово». В таких ситуациях всегда находится кто-то, кто начинает командовать. Иногда это помогает, иногда просто ускоряет хаос. Но я становиться таким лидером как-то не собирался.

Экран снова обновился.

«Информация для первого участника. Награда первенства выдаётся после прохождения первого этажа. Награда фиксируется. Потеря возможна при неудаче на первом этаже».

На этот раз я ощутил только злость. Мало того, что все эти сообщения про награду формулируются так, будто речь о бонусе по карте лояльности, который сгорит, если ты не успел прийти в срок. Так ещё и количество однотипных сообщений про него начинает зашкаливать. Сколько можно одно и то же повторять? Я и так уже понял, что бонус этот – тупо замануха. И про «Потеря возможна» я тоже уже догадался.

Я поднял руку и ткнул в строку, просто чтобы посмотреть, что будет.

«Подробности награды недоступны закрыто», – тут же отозвался экран.

Конечно, недоступны! Это же прямо по методичке – дайте человеку повод надеяться и не дайте понять, ради чего он рискует. Прекрасная политика. Сервис, в котором я работаю, точно бы одобрил.

Я опустил руку и решил изучить не людей, а место, в котором оказался – с людьми я ещё успею, судя по тому, как медленно они приходят в себя.

В центре помещения, названного хабом, была приподнятая, словно сцена, площадка. Вокруг неё толклись люди, и всё это пространство было окружено массивными колоннами. За колоннами были двери, которые я заметил и раньше, но особо не стал разглядывать. Теперь я понял, что зря, когда заметил, что на каждой из них был какой-то светящийся знак.

Слева от меня кто-то резко выдохнул.

– У меня экран… – сказал парень, молодой, с рюкзаком. – Он… Он спрашивает имя. Я должен только имя ввести или фамилию тоже?

– Не вводи ничего, – сразу подсказал ему голос, в котором явственно звучали панические нотки. – Это ловушка.

– Какая ловушка? – отрезал другой голос. – Ты где ловушки видел в белой комнате?

– В интернете, – огрызнулся первый. – Я в ТЦ шёл. А меня, получается, инопланетяне похитили? Или учёные для своих опытов? Я читал, они так делают, когда биооружие разрабатывают. И вышки так же тестировали. И ту дрянь, которую с химтрейлов на нас распыляют теперь…

Я услышал это и едва сдержал ухмылку. Интернет. Кладезь всякой дряни, в которую удобно верить, когда жизнь не расстилает перед тобой красную ковровую дорожку просто за то, какой ты распрекрасный человек. Люди до последнего держатся за то, во что очень хотят верить, и отмахиваются от фактов. Даже тогда, когда своими глазами видят то, чего быть просто не может. Например, висящий в воздухе без всякой опоры экран.

Я посмотрел на свой экран. И с удивлением заметил вопрос и на нём:

«Идентификация участника. Введите имя».

Поле ввода было пустым. А под ним – две кнопки.

«Подтвердить. Пропустить».

Я не хотел вводить своё имя. Не из-за паранойи, что оно куда-то там утечёт – что в моём имени такого секретного? А из-за простого ощущения, что в этой башне оно станет сродни идентификационной метке.

С другой стороны, пропуск ввода имени тоже в некотором роде означал, что я заявляю о себе. Система ведь уже назвала меня «первым участником», определила мой биологический вид, подправила физическое состояние. Она и так знала обо мне достаточно, чтоб создать тот самый идентификатор. Так какая разница, будет он называться моим именем или бессвязным набором букв и цифр?

Я задержал палец над полем и всё-таки ввёл:

«Евгений».

В фамилии я смысла уже не увидел. В ней тоже не было ничего секретного. Просто мне показалось лишним и слишком официальным указывать ещё и ее.

После нажатия кнопки «Подтвердить» экран коротко мигнул и выдал:

«Евгений. Идентификация принята».

Ниже всплыло ещё одно окно.

«Синхронизация статуса. Восстановление завершено. Дополнительная жизнь активна. Условие награды первенства – прохождение первого этажа».

Я едва не закатил глаза – опять эти бесконечные повторы одной и той же информации! И в то же время эмоциональные качели снова склонились в сторону радости – колено молчало, а надпись про завершённое восстановление подтверждала, что это не совпадение и не удачное стечение обстоятельств.

Конечно, не влезь я в ту историю с подпольными боями, оно бы молчало само по себе. Но что сделано – то сделано. Тогда я перестал жить и начал выживать, постоянно балансируя между своей болезнью, требующей непрерывных нагрузок, и этими нагрузками, убивающими меня ещё быстрее.

– Эй!

Я вздрогнул от неожиданности и обернулся на голос. Рядом со мной стоял парень примерно моего возраста, в тёмной куртке, джинсах и кроссовках. Лицо обычное, но взгляд цепкий.

Я узнал этот взгляд. Так смотрят те, кто быстро понимает, откуда приходит опасность.

– Извини… Я увидел твой экран – он пишет, что ты первый… – произнёс он тихо.

Я не ответил сразу. Не хотел привлекать внимание. Но парень говорил ровно, без истерики, и мне подумалось, что, возможно, ещё один человек, сумевший взять себя в руки и задуматься над происходящим, будет мне не лишним.

– Пишет, – кивнул я.

Парень выдохнул и чуть криво улыбнулся.

– Ну всё. Теперь тебя будут или ненавидеть, или просить помочь.

Он сказал это спокойно, будто речь о погоде. Я коротко кивнул – по сути, он был прав.

– А ты?

Ответ моего собеседника утонул во внезапно ставшем до невозможности громким гуле голосов. И тут же раздался голос, пытавшийся перекричать этот гул.

Я обернулся и увидел, что на площадке в центре стоит тот самый худой и опасный своим равнодушием парень и пытается перекричать толпу – видимо, он решил занять лидерскую позицию, от которой отказался минутой раньше я. Парень пытался сказать, что надо держаться вместе, что надо найти выход, что это всё незаконно. Но люди его слушали. Страх в их головах звучал громче, заглушая всё остальное.

Одна женщина лет сорока сжала сумку так, будто та могла её защитить. Она без остановки повторяла, что у неё ребёнок дома. Кто-то пытался её успокоить, но получалось весьма так себе.

Я смотрел на всё это и чувствовал себя одиноким, как никогда. Парень, спросивший меня про первенство, был единственным в этой толпе, кто смог взять себя в руки. Но доверять ему я пока что не мог – кто знает, может, в первом же испытании нам с ним придётся сражаться насмерть. Но и отталкивать его от себя не стал.

Вот узнаю правила – тогда и разберусь. А пока лучше не буду совершать непродуманные поступки.