Читать книгу Трилогия Пробуждения. Улица нулей и единиц: Код Внутреннего Ребёнка - Побуждение Ума - Страница 14

Подзаголовок: Локальное игнорирование физики

Окно его квартиры выходило в квадратный, асфальтированный двор-колодец. Вечерний свет был серым и плоским, идеально подходящим для наблюдения. Лев стоял у стекла, механически разминая пальцы, все еще хранящие память о меловой пыли.

Внизу, в этом бетонном квадрате, разворачивалась простая программа: «Игра в мяч». Пять-шесть экземпляров класса «Ребенок (7-10 лет)» гоняли потрепанный оранжевый футбольный мяч. Их крики, приглушенные стеклом и расстоянием, были просто фоновым шумом, бессмысленным и веселым.

Система была предсказуема: удар, полет по параболе, хаотичное отскакивание, беготня.

Пока не вмешался внешний фактор.

Сверху, между домами, с воем пронесся порыв ветра. Это был не просто ветер – это был силовой вектор. Он вырвал из жестяного желоба клубок сухих листьев и швырнул его вниз, закрутил пыль вихрем. Флажок на здании напротив резко вытянулся и затрепетал, указывая строго на северо-восток.

Ветер ударил в мяч.

Оранжевая сфера, катившаяся к центру двора, получила четкий, дополнительный импульс. Физика была неумолима: мяч должен был покатиться к забору, подгоняемый силой воздушного потока. Так и произошло. Он понесся к ржавым прутьям, а за ним, смеясь и спотыкаясь, побежал мальчик в синей куртке.

Лев следил за сценой с отстраненностью оператора. Еще один цикл. Мальчик поймает мяч, вернет его в игру.

И тут мяч принял решение.

На полпути к забору, не замедляясь, не сталкиваясь с препятствием, он резко, под прямым углом, сменил траекторию. Он развернулся и покатился. Не по ветру. Против.

Он катился ровно, уверенно, как по невидимым рельсам, прямо навстречу бегущему мальчику. Синий ветер, все еще воющий в ушах Льва (звук просочился сквозь стекло), дул ему прямо в «лицо», но это не имело никакого значения. Мяч игнорировал вектор силы. Игнорировал трение. Он просто хотел оказаться у ног ребенка.

Мальчик в синей куртке даже не удивился. Он не замедлил бег, не потер глаза. Он просто, на полном ходу, ловко подцепил мяч ногой, качнул его на носок и рванул обратно в центр двора с победным криком. Игра продолжилась. Порядок был восстановлен. Но это был уже другой порядок – порядок, где мяч слушался желания, а не законов Ньютона.

Лев инстинктивно перевел взгляд на флажок. Он по-прежнему был вытянут в сторону забора. Ветер не стих. Он продолжал дуть, пытаясь согнуть голые ветки деревца во дворе. Ветер дул в ту же сторону, куда только что, вопреки всему, покатился мяч.

Локальное игнорирование физики. Аномалия не была глобальной. Она была привязана к месту, к объекту, к моменту игры. Для детей это было естественно. Они просто играли. Для системы «Взрослый мир» это было невозможно. Но для кого-то третьего – для той силы, что меняла рисунки и вращала спиннеры – это было просто правилом новой, старой игры.

Лев закрыл глаза. Глубоко вдохнул. Это не галлюцинация. Это повторяющийся феномен. Воспроизводимый.

Он открыл глаза. Двор был пуст. Дети, забрав мяч, убежали ужинать. Ветер стих. Флажок безвольно обвис. Ничего не происходило.

Но в памяти Льва, четче любой записи с камеры наблюдения, отпечаталась та самая секунда: оранжевая сфера, катящаяся вразрез со всем миром, и детский смех, принимающий чудо как должное. Он понял, что только что стал свидетелем не сбоя, а проявления иного режима работы реальности. Режима, доступного по умолчанию только тем, кто еще не забыл, как в него входить.