Читать книгу Трилогия Пробуждения. Улица нулей и единиц: Код Внутреннего Ребёнка - Побуждение Ума - Страница 2

Подзаголовок: Алгоритм подавления

Лев вывалился из вагона, как сбойный пакет данных, выброшенный из основного потока. Ноги подвели, сделав два неровных, спотыкающихся шага по скользкому полу платформы. Он прислонился спиной к холодной кафельной стене, отполированной до стерильного блеска миллионами плеч. Кафель впивался в ладони ледяными зубцами, предлагая хоть какую-то точку опоры в рушащейся реальности.

Диагностика. Немедленно.

Он закрыл глаза, отсекая хаос платформы. Внутренний интерфейс загрузил стандартный протокол анализа инцидента.

Симптом: Визуальная галлюцинация в зоне периферического зрения (черное зеркало окна). Характер: антропоморфный, связанный с субъектом (образ ребенка). Длительность: 0.3–0.5 секунды.

Гипотезы, в порядке убывания вероятности:

1 – Синдром хронического переутомления (код МКБ-10 Z73.0). Накопительный дефицит сна (среднее значение: 5.2 часа за последние 14 дней). Приводит к микро-снам (гипногогическим образам) в состоянии бодрствования. Логично. Вероятность: 78%.

2 – Проекция неосознанного стрессового фактора. Подсознательная ассоциация с предстоящим квартальным отчетом (дедлайн через 72 часа) и давлением отца (недавний звонок). Пиджак как символ навязанной, не по размеру роли. Просто работа психики, переводящая абстрактный дискомфорт в конкретный образ. Вероятность: 65%.

3 – Временная дисфункция зрительной коры. Возможно, вызвано сочетанием мерцающего света (стробоскопический эффект) и гипоксии (низкое содержание O2 в вагоне). Мозг «достроил» знакомый паттерн лица из шумов и теней. Банальный сбой восприятия. Вероятность: 50%.

4 – Мигрень с аурой без последующей головной боли. Описаны случаи сложных зрительных галлюцинаций. Хотя в анамнезе не значится. Вероятность: 15%.

5 – Начальные проявления неврологического расстройства. Исключить. Требует наблюдения. Вероятность: 5% и снижается при отсутствии повторения.

Разум работал, как безупречный механизм, перемалывая леденящий ужас в сухие строчки отчета. Каждая гипотеза была щитом, броней из логики и статистики. Недосып. Проекция. Сбой сенсора. Слова успокаивали, как монотонный гул серверов. Он почти поверил.

Но в груди, под ребрами, что-то билось. Мелкой, частой, нелогичной дрожью. Это был не просто испуг. Это был древний, животный сигнал тревоги, доносящийся из глубин, куда не доставали лучи его аналитического прожектора. И глаза. Эти громадные, полные немого ужаса глаза в стекле… Они не были «образом». Они были ощущением. Вспышкой чистой, нефильтрованной боли, которую он не испытывал с тех самых пор, когда и сам носил чужой, не по размеру пиджак.

Лев открыл глаза. Вдыхая воздух, пахнущий озоном и моющим средством, он заставил руки разжать кафель. Пальцы онемели. Он посмотрел на них – длинные, умелые пальцы системного аналитика, дрожащие, как после десятичасового напряжения.

Разум выдал вердикт: «Инцидент исчерпан. Вероятность повторения – низкая. Рекомендация: увеличить продолжительность сна на 1.5 часа, принять магний B6.»

Но где-то в самой сердцевине его отлаженной системы, в прошивке, написанной задолго до изучения первого языка программирования, тихо пищал неглушимый, назойливый алерт.

Ошибка 0x1F. Обнаружен неизвестный процесс. Доступ запрашивает… Дитя.