Читать книгу Трилогия Пробуждения. Улица нулей и единиц: Код Внутреннего Ребёнка - Побуждение Ума - Страница 4

Подзаголовок: Тишина с хрустом

Обычный маршрут пролегал мимо островка псевдозелени – сквера «Квадрат». Это была геометрическая абстракция природы: шесть квадратных клумб, двенадцать кубически подстриженных кустов, три прямые асфальтовые дорожки. И один объект класса «Лавочка. Стандарт. Зеленая».

На ней, как часть прошивки локации, всегда сидел один и тот же старик.

Ранее Лев классифицировал его как «Фоновый процесс. Без угрозы. Пропустить». Борода, потертая куртка, темные глаза под козырьком кепки. В руках – неизменное яблоко. Данные не менялись изо дня в день: координаты (X: 47.2, Y: 12.8), время активности (07:50-18:30), действие (потребление фрукта).

Сегодня протокол дал сбой.

Взгляд Льва, все еще сканирующий пространство по инерции, самопроизвольно, вопреки логике, зацепился за старика. Не за объект, а за его глаза.

И те, в свою очередь, уже смотрели на него. Ждали.

Это был не взгляд прохожего. Не любопытство, не оценка, не безразличие. Это был взгляд субъекта, распознавшего субъекта. Глаза старика (Семён, вдруг всплыло имя из давнего подслушанного разговора дворников) были темными, глубокими, как старые колодцы. И в них не было интерфейса. Не было социальных масок, запросов, команд. Было чистое, безмолвное понимание. Он смотрел сквозь серый костюм от «Системы», сквозь усталость тридцатипятилетнего аналитика, сквозь всю надутую важность его должности. Смотрел прямо на сбившегося с пути, перепуганного мальчишку, который только что видел в метро свое отражение и не смог его принять.

Лев замер. Вся его внутренняя логика, все гипотезы и протоколы зависли в воздухе, бесполезные. Этот взгляд был тише любого слова и громче любого окрика.

Старик не улыбнулся. Не кивнул. Он просто держал взгляд, подтверждая немой контакт.

А потом его рука медленно, почти церемониально, поднесла яблоко ко рту.

Хруст.

Звук был невероятно отчетливым, хрустальным, он разрезал монотонный гул города, как стеклорез. Он прозвучал не где-то там, на лавочке. Он прозвучал здесь, в пространстве между ними. Звук нарушения целостности. Звук вкуса. Звук простого, физического акта жизни, который не вписывался ни в один паттерн.

Лев почувствовал, как по его спине пробежала волна мурашек – не страха, а чего-то более древнего: стыда и вины, словно его поймали на месте преступления. На преступлении против самого себя.

Он резко, почти по-детски дернул головой в сторону, разорвав зрительный контакт. Его ноги, без сознательной команды, ускорили шаг. Он почти побежал, чувствуя на своей спине, между лопаток, точку лазерного прицела – спокойный, неотрывный, всевидящий взгляд старика Семёна.

Сзади донесся еще один, чуть более тихий хруст. Продолжение диалога, на который у Льва не нашлось ответа. Только побег.