Читать книгу Осьмушка жизни. Воспоминания об автобиографии - Сергей Белкин - Страница 14

Город, в котором я родился, – Ярославль. Родина моего отца – Костромская область. В семье всегда с любовью относились к этим краям, ездили в деревню Молоково к дедушке и бабушке, поддерживали отношения с сёстрами отца, жившими в Костроме. Так что Кострома воспринималась нами как место родное, близкое.

Старший брат Павел, который, как и я, жил в Кишинёве, куда он вернулся после окончания физфака МГУ, успешно работал в Институте прикладной физики, стал кандидатом, потом доктором наук. Но политические события и прочие явления, сопровождавшие «рост национального самосознания» коренного населения, его тоже не оставляли равнодушным. Он принял решение о переезде в Россию раньше меня. В 1991 году он приступил к работе в должности профессора кафедры общей физики в Костромском пединституте, который уже начал процесс превращения в университет. Ещё раньше в Кострому переехала его жена Тамара.

Они познакомились и поженились во времена учёбы в МГУ. Тамара училась на философском факультете. В Кишинёве она работала преподавателем на кафедре марксистско-ленинской философии, читала курс «научного атеизма», защитила кандидатскую диссертацию по религиоведению. Разумеется, в свете охвативших республику новых веяний никаких перспектив сохранить работу у неё не было, даже если бы она выучила молдавский язык. Павел уже проявлял активность в поиске работы и с Костромским пединститутом связывался, там же нашлась работа и для Тамары. К тому же у них была возможность продать свою кооперативную квартиру в Кишинёве и купить в Костроме дом. Так что переезд Павла и Тамары произошёл, можно сказать, без особых проблем.

Их сын Серёжа, о котором я в этой книге упоминаю как о Сергее-племяннике, в это время учился в МВТУ им. Баумана и жил в Москве.

Павел проявил заботу и обо мне: на всякий случай он, в принципе, договорился о том, что меня смогут взять преподавателем физики или в университет, или в технологический институт. Я со своей стороны тоже предпринимал шаги к тому, чтобы какой-то запасной вариант у нас был, и в январе 1991 года купил в Костроме, на ул. Энгельса, ¾ старого деревянного рубленого дома без удобств. В оставшейся четверти дома жила старушка, семье которой этот дом изначально и принадлежал. Так что в случае неудачи в Москве нам было куда ехать. Но стремился я при этом в Москву, рассуждая «по-наполеоновски»: надо попытаться, а там посмотрим.