Читать книгу Где заканчиваются границы - - Страница 15

Выйдя из больничной палаты, Виктория впервые за последние сутки почувствовала под ногами твёрдую почву. Мир больше не качался и не расплывался. Он был всё таким же серым и промозглым, но теперь это был просто фон, а не отражение её внутреннего состояния. Она прошла по коридору, и запах хлорки больше не казался ей запахом безысходности. Теперь это был просто запах больницы. Её мир, взорванный страшными открытиями, начал медленно собираться заново, но уже на совершенно ином фундаменте.

Вчера она приехала сюда с одной целью – исполнить дочерний долг и как можно скорее сбежать обратно, в свою упорядоченную, успешную жизнь. Она думала, что проведёт здесь неделю, не больше. Теперь она понимала, что неделей тут не обойтись. Уехать сейчас – значило снова предать. Предать Ивана, чью тайну она теперь знала. Предать мать, которая нашла в себе силы говорить. И даже предать отца, чья трагическая исповедь требовала не забвения, а осмысления. Убежать во второй раз было бы малодушием, которого она, построившая свою жизнь на культе силы, не могла себе позволить.

Стоя на крыльце больницы, она достала свой мобильный телефон – тонкий, дорогой прямоугольник из стекла и металла, портал в её другую жизнь. Она набрала номер своего московского офиса.

– Лена, добрый день. Это Покровская, – сказала она своей помощнице.

– Виктория Сергеевна! Слава богу! Я уже начала волноваться. Как вы? Что у вас случилось? Судья по делу «СтройИнвеста» не соглашается на перенос, говорит….

– Лена, остановись, – мягко, но властно прервала её Виктория. – Передай судье мои извинения и сообщи, что я не смогу участвовать в процессе. Пусть Котов меня заменит. Он в курсе дела.

На том конце провода повисла изумлённая тишина. Отказаться от дела, которое она вела полгода, которое было её личным крестовым походом? Это было немыслимо.

– Но, Виктория Сергеевна….

– Мне нужен отпуск. Прямо с сегодняшнего дня. На месяц.

– На месяц? – в голосе помощницы прозвучал шок. За пять лет их совместной работы Виктория не брала отпуск дольше десяти дней. – Но… у вас же совет директоров через две недели….

– Совет директоров пройдёт без меня. Ничего страшного. Оформляй отпуск за свой счёт. Причина – всё те же семейные обстоятельства.

Теперь эта фраза, брошенная вчера впопыхах, обрела истинный, тяжёлый вес. Это были не просто слова. Это была её новая реальность.

– Я поняла, Виктория Сергеевна, – растерянно ответила Лена. – Всё сделаю. Вы… вы держитесь там.

Положив трубку, Виктория почувствовала не сожаление, а облегчение. Она отрезала путь к отступлению. Мосты в Москву были сожжены, по крайней мере, на ближайший месяц.

Следующий звонок был Денису.

– Я поговорила с мамой, – сказала она без предисловий. – Она в сознании. Ей немного лучше.

– Слава богу, – в его голосе слышалось искреннее облегчение. – Ты едешь домой? Лена уже волнуется, что ты со вчерашнего дня ничего не ела. Давай я за тобой заеду.

– Денис, я остаюсь.

– В смысле? Конечно, остаёшься. Мы все надеялись….

– Нет, ты не понял. Я остаюсь надолго. Я взяла отпуск на месяц.

Пауза. Он переваривал информацию.

– На месяц? – переспросил он. – Вика, ты уверена? А как же твоя работа?

– С работой я разобралась. Мне нужно здесь остаться. Мне нужно… распутать этот клубок до конца. Понять, что произошло на самом деле. Почему мы все оказались там, где оказались.

– Хорошо, – сказал он после долгого молчания. Его голос звучал серьёзно. Он понял, что это не каприз. – Тогда тем более поехали к нам. У нас тебе будет спокойнее. Дети, Лена… Нормальная жизнь. Зачем тебе сидеть одной в этом холодном доме?

Его предложение было продиктовано заботой. Но Виктория знала, что должна отказаться. «Нормальная жизнь» – это то, от чего она сейчас была дальше всего. Ей нужно было оставаться в эпицентре взрыва.

– Спасибо, Денис. Правда. Но я должна остаться в доме отца.

– Зачем? Чтобы мучить себя?

– Чтобы понять, – твёрдо ответила она. – Вся правда там, в этих стенах, в его кабинете. Я не могу разобраться с этим, живя у тебя, за чаем с плюшками. Я не могу убежать от этого дома во второй раз. Я должна пройти через это. Здесь.

Денис молчал. Он был практичным человеком, архитектором, привыкшим к логике и здравому смыслу. Но даже он понял символизм её решения. Чтобы победить дракона, нужно было войти в его пещеру.

– Я понял, – наконец сказал он. – Как скажешь. Но я буду заезжать каждый день. Привозить еду. И если тебе что-то понадобится, что угодно, ты звонишь мне в любое время дня и ночи. Договорились?

– Договорились, – ответила она, и впервые за много лет почувствовала, что у неё есть брат.

Вернувшись в большой дом на холме, она вошла в него уже не как гостья или призрак из прошлого. Она вошла как хозяйка. Хозяйка этого дома, этого прошлого, этих тайн. Она не стала зажигать свет в гостиной. Она прошла прямо на кухню, нашла в шкафу кофе и сварила себе чашку – крепкий, горький, как её новая реальность.

С чашкой в руках она вернулась в кабинет отца. Теперь это место не пугало её. Это было её рабочее место. Она села в его кресло, положила перед собой дневник и письма. Это было её «дело». Самое сложное и самое важное в её жизни.

Она оставалась здесь. Не на неделю, а на месяц. Или на столько, сколько потребуется. Это было её первое самостоятельное решение на пути к воссоединению семьи. Не решение сбежать, а решение остаться и бороться.