Читать книгу Где заканчиваются границы - - Страница 17

Она сидела на холодном паркете комнаты Ивана, и мир сжался до размеров этих нескольких пожелтевших, исписанных мелким почерком листков. Пачка писем в её руках казалась хрупкой и одновременно неподъёмно тяжёлой. Это была чёрная шкатулка его души, ящик Пандоры, который она, его сестра, осмелилась открыть спустя двадцать лет. Она чувствовала себя святотатцем, нарушившим последнюю волю, и в то же время – единственным человеком, который был обязан это сделать.

Она развернула первый лист. Почерк был знакомым и чужим одновременно. Тот же наклон, те же буквы, но в них была жизнь, эмоция, нерв, которых никогда не было в его аккуратных институтских конспектах. Это был голос его сердца.

*«М.,* – начиналось первое письмо, датированное за год до его смерти. – *Сегодня ты улыбнулся мне в коридоре, и весь мир на секунду замер. Просто улыбнулся, как улыбаешься всем, но мне показалось, что в этой улыбке было что-то только для меня. Может, я схожу с ума? Наверное. Но если сумасшествие – это видеть мир таким ярким, таким полным смысла, то я готов быть сумасшедшим».*.

Виктория читала, и перед её глазами вставал образ её брата – не того замученного, потухшего юноши, каким она его запомнила, а другого. Влюблённого. Окрылённого. Письма, написанные вначале, дышали счастьем. Тайным, пугливым, но от этого ещё более пронзительным. Он писал о книгах, которые они обсуждали, о музыке, которую слушали вместе, о том, как они случайно встретились в городе и два часа бродили по улицам, говоря обо всём и ни о чём.

*«Ты понимаешь меня так, как никто другой, М. Даже Вика, моя сестра, которую я люблю больше всех на свете, не понимает меня так. Она хочет, чтобы я боролся с миром. А ты… ты просто позволяешь мне быть. Рядом с тобой я не должен притворяться сильным, или умным, или «настоящим мужиком», как говорит отец. Я могу быть просто собой».*.

Боль резанула Викторию. Он был счастлив. В этом душном, консервативном городе, в этой семье, построенной на правилах и ожиданиях, её брат нашёл свой маленький, тайный сад, где он мог дышать.

И в одном из писем, нацарапанном на полях тетрадного листа, она увидела имя.

*«Миша, помнишь, ты читал мне стихи у реки? Я до сих пор слышу твой голос».*.

Миша. Михаил. В памяти Виктории тут же всплыл образ. Тихий, умный мальчик из их параллельного класса. Они дружили с Иваном, это все знали. Сидели вместе в библиотеке, ходили в кино. Никто не видел в этом ничего необычного. Дружба двух юношей, двух «книжных червей». Теперь эта дружба обрела другое, трагическое измерение.