Читать книгу Горизонт событий. Когда умирают звёзды - - Страница 7
ГЛАВА 5. КРОВЬ И МОЛЧАНИЕ
Оглавление«Иногда свет рождается не из солнца, —
а из молнии, что разрывает тьму.»
– из дневника безымянного странника
Дождь хлестал по крышам, как тысяча бьющих в унисон сердец.
Небо гремело, ветер выл в щелях старого приюта.
Эдвард сидел у камина, прислушиваясь к вою стихии, —
когда дверь дома вдруг распахнулась.
Он подошёл и закрыл её, решив, что виноват ветер.
Но в тот миг, где-то в глубине коридора, что-то шевельнулось —
не звук, а дыхание, шорох, словно сама тьма сделала вдох.
Позже, когда ночь почти угасла,
их разбудили крики детей.
Эдвард и Ричард сорвались с места.
Свет лампы дрожал в их руках,
когда они ворвались в детскую.
То, что они увидели, разделило их жизнь на до и после.
Все дети были мертвы.
Кровь блестела на полу и стенах,
запах железа стоял в воздухе.
И посреди этого кошмара стояла Элизабет —
она тоже прибежала на крик;
а рядом возвышалась фигура в тёмном плаще,
лицо утонувшее в тени, и глаза – алые,
как раскалённые угли – смотрели в бездну.
Вампир.
Эдвард выхватил револьвер, Ричард – нож,
но чудовище двигалось быстрее.
В одно мгновение оно оказалось рядом с Бет,
вцепилось ей в плечо – и впилось клыками в шею.
Она вскрикнула.
Эдвард выстрелил – промах.
Ричард бросился вперёд, но его отбросило ударом в стену.
Всё происходило, как во сне, где время вязнет в страхе.
И вдруг окно распахнулось.
Ветер ворвался внутрь, сбивая лампу, гася пламя.
Снаружи сверкнула молния —
и в доме появилась тень с крыльями.
Монстр.
Существо, что годами следило издалека,
вошло в дом, словно сама ночь приняла облик.
Оно бросилось на вампира —
и прежде чем тот успел обернуться,
схватило его обеими когтистыми руками,
чьи продолжения – тонкие щупальца, подобные щупальцам осьминога, —
оплели тело врага и с чудовищной силой оторвали голову.
Тело вампира содрогнулось —
и в следующую секунду рассыпалось в пепел,
который, закружившись вихрем, осел на полу.
Всё стихло.
Лишь дыхание.
Лишь треск далёкой грозы.
Братья застыли.
Эдвард поднял револьвер,
но рука дрожала.
Он не мог понять – кто перед ним:
спаситель или чудовище?
Монстр стоял среди пепла.
Ветер колыхал его крылья,
и на груди мягко мерцали синие прожилки света.
Он посмотрел на них —
в этом взгляде не было ни злобы, ни торжества,
только боль,
тоска того, кто снова коснулся смерти.
Бет лежала на полу.
Её кожа бледнела, зрачки темнели,
а по венам пробегала серая, как пепел, тень.
– Она заражена… – прошептал Ричард.
Эдвард опустился на колени.
– Нет… нет! Сделай что-нибудь!
– Я… не знаю… – ответил брат.
Монстр смотрел на них —
на их отчаяние, на их любовь,
такую чистую и беспомощную.
Он хотел остаться,
сказать, что есть способ,
но знал – нет.
Он видел это прежде,
в иных судьбах.
Медленно повернулся – и исчез в шторме.
Тихо. Без звука. Без следа.
Эдвард подбежал к окну —
но там был только дождь и запах озона.
Молния осветила на мгновение небо,
и ему показалось, что вдалеке мелькнул силуэт,
растворяющийся в облаках.
– Что это было?.. – прошептал Ричард.
– Я не знаю, – ответил Эдвард.
– Но он спас нас.
Они замолчали.
В воздухе ещё витал пепел,
а в центре комнаты лежала их сестра —
уже не живая, но ещё не мёртвая.
С тех пор их жизнь стала бесконечной болью.
Они спрятали Бет от охотников и экзорцистов
в подвале старого сиротского дома,
где ночь никогда не кончалась.
Там, где не касался свет,
она начала своё второе существование.
Братья оберегали её —
днём и ночью.
Они стали охотниками на вампиров,
чтобы их боль имела выход.
Но иногда, когда ветер приносил запах грозы,
Ричарду казалось – кто-то стоит за окном.
А Эдвард чувствовал,
что за ними наблюдают издалека.
Он не знал,
что тот, кто уничтожил вампира,
всё ещё следил за ними.
И страдал.