Читать книгу Опыт постижения первичного мирового творчества. Опыт первый - Александр Владимирович Семенков - Страница 19

«Поскольку сущность Божия для человеческого познания недоступна, содержанием учения о Боге в Себе является не сама Божественная сущность, а свойства Его сущности. Эти свойства именуются существенными (греч. τὰ οὐσιώδη ἰδιώματα, лат. proprietates essentiales), они принадлежат самой сущности Бога и отличают Его от всех прочих существ; эти свойства являются общими для всех Лиц Святой Троицы. Существенные свойства следует отличать от личных, или ипостасных, свойств, принадлежащих тому или другому из Лиц Святой Троицы»80.

Основным предикатом Абсолютного Субъекта является актуальная бесконечность. Все его процессы вечны и вневременны, т. е. всё есть везде и всегда. Абсолютное начало не ограничивается ни одной из категорий. Оно Само по Себе их содержит в состоянии возможностей, реализующихся тогда, когда Оно захочет сознать Себя относительным. Его природа, вообще говоря, определяется отрицанием каких бы то ни было категорий, а потому человек тем выше начинает понимать Абсолютное, чем синтетичнее он выявит категории относительного и, обратив их к Абсолютному, их отвергнет. Абсолютное Само по Себе невыразимо, ибо Оно первее всего, и именно вследствие этого Оно не нуждается ни в каком выражении, так как идея Абсолютного близка сердцу каждого человека.

По учению Святых Отцов, «Бог прост, несложен, равночленен, всегда Себе равен и подобен». Святой Ириней пишет: «Бог прост и несложен, и весь Себе Самому подобен и равен, весь будучи чувство, весь дух, весь мысль, весь разум, весь слух, весь глаз, весь свет, весь – Источник всякого блага… И всё-таки Он выше всего этого и потому – неизречен». Свят. Григорий Нисский пишет: «Веруем, что Оно (Божественное естество) просто, единообразно и несложно, и не усматриваем в Нем никакого сочетания и сложения из неисходного».

Очевидно, что если бы Божественные свойства действительно были отличны и отделены от Его сущности и одно от другого, то в таком случае Бог был бы существом не простым, а сложным, то есть слагался бы, подобно тварным вещам, из Своей сущности и Своих отдельных между собой свойств. Но «Божество просто и несложно. То же, что состоит из многого и различного, сложно. Итак, если несозданность и безначальность, и бестелесность, и бессмертие, и вечность, и благость, и творческую силу, и подобное мы назовём существенными различиями в Боге, то состоящее из столь многого не будет просто, но – сложно; поэтому говорить о Божестве – дело крайнего нечестия.

Однако наш разум и религиозный опыт требуют признать, что Божественная простота не есть безразличное и бессодержательное целое. По словам свт. Василия Великого, «Бог вмещает в Себя всю полноту всех качеств и совершенств в их высочайшем и бесконечном виде». В Священном Писании говорится о многочисленных именах и свойствах Божиих, причём о многих из них мы узнаём из уст Самого Бога.

Каким же образом простота и несложность Бога, Божественной природы сочетается с нашими представлениями о множественности свойств Бога?

Соотношение сущности и свойств Бога можно в какой-то мере раскрыть на основе принципа образной аналогии. Луч света, проходя через призму, разворачивается в многоцветную полосу – спектр – упорядоченную по длинам совокупность монохроматических волн, на которую разлагается свет или иное электромагнитное излучение. Подобно этому Божественный Огне-свет входя в сознание человека, разворачивается в совокупность Божественных свойств и сил.

Божии свойства не превращают Божественное существо в нечто сложное и не вносят в него каких-либо случайных элементов, ибо в нём Самом они пребывают во внутреннем нераздельном единстве. При внутреннем неразрывном единстве они по отношению к ограниченным существам проявляют себя в своём разнообразии.

Не следует ли признать, что различие между свойствами и сущностью имеет место исключительно в наших умопредставлениях и обусловлено ограниченностью познавательных способностей человеческого разума. Множественность Божественных свойств и имён есть лишь результат нашего неумения во всей полноте и целостности воспринимать Божественный Огне-свет, хотя мы неустанно взываем: «да святится имя Твое». Наш разум и религиозный опыт требуют признать, что Божественная простота не есть безразличное и бессодержательное целое. Скорее наоборот, они свидетельствуют о том, что Бог, будучи совершеннейшим Существом, должен вмещать в Себе всю полноту всех качеств и совершенств в их высочайшем и бесконечном виде.

«Действительность непрерывна и постоянна, но мы, для того чтобы иметь возможность воспринимать её, должны расчленять её на отдельные моменты, т.е. представлять её себе в виде бесконечного ряда отдельных моментов, из которых для нас всегда существует только один. Иначе говоря, мы воспринимаем действительность как бы через узкую щель. И то, что мы видим в эту щель, мы называем настоящим, то, что видели, а теперь не видим – прошедшим, а чего совсем не видим, но ожидаем – будущим». (П. Д. Успенский)81.

«Составляя одно многозвучное целое, Божии свойства не разделяют Божия существа и не нарушают Его единства и простоты. Нельзя им приписать и какого-то бытия, отдельного от Божия существа. В Святом Откровении Бог именуется истиной, светом, любовью и благостью. Это значит, что и истина, и свет, и любовь, и благость – при всём своем различии – своей сущностью неотделимы от Божия существа, выражая Его собой настолько, насколько человеческая природа может принять. «Когда мы, – говорит блаженный Августин, – называем Бога вечным, бессмертным, нетленным, неизменным, живым, премудрым, сильным, прекрасным, праведным, благим, блаженным и духом, может казаться, что только последним из упомянутых имен обозначается субстанция, тогда как все прочие отражают свойства этой субстанции. Но этого нет в неизреченной и простой природе. Ибо всё, что высказывается о ней по отношению к свойствам, необходимо мыслить и в отношении к её субстанции, или сущности. Поэтому невозможно сказать, что Бог именуется духом в отношении субстанции, а благим в отношении свойств, – нет, но и тем, и другим Он именуется в отношении субстанции»82.

«Если же признать, что в Боге нет действительного различия между единой сущностью и многочисленными свойствами, то, учитывая принципиальную невозможность познания Божественной сущности, придётся признать, что мы вообще не можем иметь никакого объективного и достоверного знания о Боге, все наши представления о Нём оказываются всего лишь формой конечного мышления о трансцендентном Существе, не заключающие в себе ничего соответствующего самому Божественному бытию. Такая позиция, несомненно, имеет разрушительные последствия для богословия как науки, которое в таком случае лишается своего объективного основания. Ведь если все имена и понятия, посредством которых мы выражаем наше знание о Боге, суть только обусловленные нашими эмоциями рациональные представления, возникающие у человека в процессе религиозной жизни, то богословие фактически превращается всего лишь в способ систематизации религиозного опыта безотносительно вопроса о его достоверности»83.

Бог всецело присутствует в каждой Своей способности (силе) и в каждом Своём действии, поэтому, несмотря на множественность свойств, в Боге нет ни сложности, ни разделения, но только богоприличное различие без слияния и разделения, которое не может быть до конца выражено посредством категорий простоты и сложности.

Внутренняя всеобъемлющая полнота и могущество неизреченного благодатного Божественного Огне-света является причиной и источником всего многообразия Божественных свойств, сил и действий. Божественный Огне-свет, входя в относительный мир разделяется на лучи-принципы, которые пронизывают всё мироздание. В различных источниках, и разными авторами называется различное число этих первичных лучей-принципов. В свою очередь, эти первичные лучи разделяются, дифференцируются на множество лучей второго, третьего, и т.д. порядка, которые и воспринимаются в виде различных свойств, сил и действий Божества.

«Первые 10 Арканов Священной Книги Тота представляют из себя целостную и законченную систему. Относясь к Миру Божественному, эти Арканы в своём целом исчерпывают всё, могущее быть познаваемым. Каждый из них представляет как бы канал, по которому присущие ему свойства, принципы и аспекты Божества изливаются вниз и создают Мир Бытия. Семитическое Откровение и даёт нам это великое учение в том аспекте, как оно было воспринято, разрабатывалось и изучалось последователями Каббалы, таинственного мистического учения … Каббала как наука о Вечной Истине, о принципах и свойствах Божества, лежит вне времени и царствует над ним. Каббалисты были правы в своих преданиях, ибо Истина едина, предшествует рождению человека и безраздельно царствует во все времена»84.

Дионисий Ареопагит: «Приняв невещественными и безбоязненными очами ума высший и первоначальный свет Богоначального Отца, свет, который в преобразовательных символах представляет нам блаженнейшие чины Ангелов, паки от сего света будем устремляться к простому его лучу. Ибо свет сей никогда не теряет внутреннего своего единства, хотя по своему благодетельному свойству и раздробляется для того, чтоб сраствориться с смертными срастворением, возвышающим их горе, и соединяющим их с Богом. Он и сам в себе остаётся и постоянно пребывает в неподвижном и одинаковом тождестве, и тех, которые надлежащим образом устремляют на него свой взор, по мере их сил, возводит горе, и единотворит их по примеру того, как он сам в себе прост и един. Ибо сей Божественный луч не иначе может нам воссиять, как под многоразличными, священными и таинственными покровами, и притом, по Отеческому промыслу, приспособительно к собственному нашему естеству»85.

Символом выявления сущности Бога в Его свойствах и силах, и их взаимосвязи является радуга, которую Бог положил заветом между Собой и людьми.

«И сказал Бог: вот знамение завета, который Я поставляю между Мною и между вами и между всякою душою живою, которая с вами, в роды навсегда: Я полагаю радугу Мою в облаке, чтоб она была знамением завета между Мною и между землею». (Быт.9:12–13).