Читать книгу Детские политические сказки для взрослых. Том II - - Страница 5

В Городе Полной Прозрачности приватность была самой дорогой и самой незаконной валютой. Сквозь стены большинства домов можно было смотреть, как сквозь слезу; государственная программа «Всевидящее Око» фиксировала каждый чих, каждый вздох, каждый поцелуй. Но у каждого правила есть свои покупатели исключений. Для них и работал Лео Маркус.

Его мастерская, замаскированная под заброшенный серверный узел, находилась на последнем этаже небоскреба «Аурум-Тауэр», в квартале, который в народе называли «Позолоченная Клетка». Здесь, в помещении без окон, за семью слоями шифрования, Лео творил магию нового века. Он был архитектором алиби.

Его клиентура – сенаторы, олигархи, звезды – платили целые состояния за призраков. За безупречные, сгенерированные его ИИ «Аргусом» цифровые двойники, которые в нужный час появлялись в нужном месте на всех камерах наблюдения, разговаривали с нужными людьми, оставляли цифровые следы в платежных системах. Пока их реальные прототипы творили в темноте свои темные дела: заключали теневые сделки, предавались запрещенным удовольствиям, устраняли конкурентов. Лео был не просто технарем. Он был исповедником и соучастником, прачечной для грязных душ. Он оправдывал себя просто: «Я не совершаю преступления. Я лишь создаю инструмент. Как нож: им можно хлеб нарезать, а можно – горло. Это не проблема ножа».

Его мир был четко разделен. Внизу кипела жизнь «прозрачных» – обывателей, чья жизнь была разобрана по полочкам алгоритмами Социального Рейтинга. Наверху парили «невидимки» – элита, покупавшая у него и ему подобных право на тень. А между ними – коррумпированные полицейские чины, которые за мзду закрывали глаза на «странности» в видеоархивах, зная, что у сильных мира сего всегда есть железное алиби.

Однажды к нему пришел новый клиент. Сириус Вейл. Не просто богач, а один из архитекторов самой системы «Всевидящее Око», владелец корпорации «Вейл-Тек», поставляющей правительству системы распознавания лиц и прогнозирования преступлений. Человек с лицом, словно выточенным из холодного мрамора, и взглядом, в котором читалась стоимость всего живого.

– Мне нужно алиби, – сказал Вейл без предисловий, его голос был ровным, как гул сервера. – На сегодня, с 20:00 до 22:17.

– Стандартный пакет? – уточнил Лео, уже запуская «Аргуса». – Благотворительный ужин, деловая встреча, приватный ужин с супругой?

– Нет. Нечто… более экзотическое. – Вейл положил на стол голографическую карту. – Мне нужно, чтобы «я» находился здесь. В это время.

Лео взглянул. Это был удаленный, заброшенный планетарий в Старом Городе, место, которое не фиксировала ни одна камера. Сценарий, который Вейл предоставил, был выверен до миллисекунды: его цифровой двойник должен был провести там ровно два часа семнадцать минут, якобы в одиночестве, предаваясь ностальгии по детству.

Работа была технически безупречной. Но что-то смущало Лео. Он был мастером пост-фактум алиби. Люди приходили к нему после того, как что-то натворили, чтобы подстраховаться. Вейл же заказал алиби за неделю. Это было алиби на будущее. Алиби для преступления, которое еще не случилось, но уже было решено.

Любопытство, профессиональная деформация архивариуса чужих грехов, заставило его копнуть глубже. Он решил проследить за Вейлом. Используя бэкдоры в собственной же системе, которые он оставлял на всякий случай, Лео проник в служебные журналы «Вейл-Тек». И он нашел кое-что.

Вейл не просто заказал алиби. Он запустил протокол «Гарпия». Секретную разработку его компании – алгоритм точечного устранения «социально-нестабильных элементов». Система выбирала случайного, но статистически обоснованного «виновника» будущих гипотетических беспорядков. И сегодня, в 20:43, в том самом планетарии, должен был состояться «несчастный случай». Пожилой астроном, в прошлом – диссидент, который читал лекции о свободе воли, должен был «случайно» упасть с винтовой лестницы.

Лео замер. Перед ним был не просто заказ. Это был билет на спектакль, где он сам был и режиссером, и соучастником. Он создавал алиби для хладнокровного, запланированного убийства. Убийства, которое система не только предвидела, но и сама же инициировала, дабы доказать свою необходимость.

Он попытался найти союзников. Его старый друг, лейтенант полиции Брендт, давно закрывавший на его проделки глаза, лишь горько усмехнулся.

– Вейл? Лео, ты с ума сошел. Он – система. Ты думаешь, мы не знаем о твоих алиби? Мы знаем. Мы позволяем. Потому что так работает система. Она позволяет элите быть выше закона, чтобы та, в свою очередь, поддерживала саму систему. Ты – полезный винтик. Но если ты вздумаешь скрипеть… тебя заменят.

Лео почувствовал, как стены его надежно изолированного мира рушатся. Он был не вне системы, как ему казалось. Он был ее гнойником.

Он решил действовать в одиночку. Он не мог отменить алиби – Вейл уже активировал его, и цифровой двойник был запущен. Но он мог создать «призрака в мансарде» – крошечную аномалию в коде. Он изменил одну деталь в сгенерированном видео: отражение в заброшенном стеклянном куполе планетария. Вместо пустых кресел, там, на долю кадра, появлялась тень, не принадлежавшая цифровому Вейлу. Тень свидетеля.

В роковой час, отслеживая данные в реальном времени, Лео с ужасом увидел, как метрики астронома – сердцебиение, активность мозга – резко обрываются. Ровно в 20:43. В тот же миг его «Аргус» безупречно транслировал цифрового Вейла, бродящего по планетарию с видом меланхоличного философа.

На следующий день все было кончено. Полиция закрыла дело как несчастный случай. Цифровое алиби Вейла было безупречно. Никаких следов. Никаких свидетелей. Кроме одного.

Лео ждал. Ждал, что Вейл заметит подвох. Ждал расплаты. Но ничего не происходило. Лишь через неделю он получил пакет. Без обратного адреса. Внутри была голографическая запись. На ней он сам, Лео, в своей же мастерской, встраивал тот самый «баг» с отражением. Камера снимала его с такого ракурса, словто висела прямо над его столом. Все это время за ним следили.

С видеозаписью лежала маленькая, изящная визитка. Сириус Вейл. И на ней, от руки, было написано всего три слова:

Лео понял все. Вейл знал. Знает. И его сообщение было яснее любого обвинения. Ты – часть механизма. Ты не можешь его сломать, не сломав себя. Твое «предательство» было учтено и использовано. Оно стало еще одним доказательством всеведения системы. Лео был не борцом. Он был бухгалтером, который попытался списать копейку с миллиардного счета и думал, что обрушит экономику.

Он не стал героем. Он не пошел с повинной. Он просто закрыл свою мастерскую. Сириус Вейл прислал ему щедрый «бонус» за работу, которого хватило бы на безбедную жизнь.

Лео Маркус теперь живет в тихом пригороде, в «прозрачном» доме, как все. Каждый день он видит по новостям, как Сириус Вейл получает новые награды за «вклад в безопасность». Иногда Лео ловит себя на том, что всматривается в отражение в окне своего дома. Он ищет там ту самую тень, которую когда-то создал. Тень свидетеля. Но видит лишь свое собственное, четкое, прозрачное отражение. Отражение человека, который однажды попытался поселить призрака совести в машине лжи, и обнаружил, что для призрака в этом мире просто нет места. Он навсегда остался архитектором алиби, построившим самое надежное из них – алиби для собственной совести. И это было самым страшным преступлением из всех.