Читать книгу Лукерья. Роман, которого нет - Группа авторов - Страница 19

Встреча с рождественской ёлкой

Когда Бобровская узнала о том, что тётка Марья покидала этот мир на глазах у своей крестницы, обеспокоенности её не было предела, и хотя Катерина уверяла, что, мол, ничего страшного, та и слушать не пожелала. Срочным распоряжением было незамедлительно послано за врачом, который и прибыл в скором времени, не заставляя себя долго ждать.

Однако Бог миловал. Доктор, осмотрев Лукерью и задав ей несколько вопросов, заверил, что волнение было напрасным, но коли уж он всё‑таки прибыл в их дом, то ему бы хотелось переговорить со Светланой Сергеевной наедине, ежели, конечно, она располагает временем.

– Видите ли, сударыня, девочка действительно полностью здорова, и ни стресса, ни каких‑либо других психологических отклонений я не обнаружил, что, надо заметить, меня, как врача, несколько настораживает.

– Что вы этим хотите сказать?

– Она ребёнок, и пережитая ею сцена непременно должна была отразиться на её состоянии – оставить свой след, отпечаток. Если бы я это заметил, я бы был более удовлетворён и, выписав необходимое лекарство, счёл бы свою работу выполненной. Но девочка ведёт себя так, словно военачальник в пылу сражения, на глазах которого люди гибнут десятками. Или же она ежедневно принимает участие в похоронах других людей. Вы же сами видите – она полностью спокойна и даже не плачет!

– И что всё это значит? Какой вывод я должна сделать из всего вами сказанного?

– Если честно, то я не знаю, попробуйте поговорить на эту тему с вашим супругом. Быть может, он как полицмейстер сумеет дать какой‑нибудь здравомысленный совет.

– Спасибо, доктор. Оставьте, пожалуйста, счёт – вам доставят.

– Всего хорошего, сударыня. Имею честь откланяться.

Разговор с мужем, который состоялся в тот же вечер в его кабинете, также результатов никаких не принёс. Гаврила Ермолаевич заявил, что после того, как Катерина разорвала рецепт, выписанный доктором сразу же после появления на свет их дочери Анастасии, он больше склонен верить этой женщине, а не врачу, хотя это может показаться и неразумным:

– Раз происшествия не случилось, то и мер принимать никаких не следует.

Вопрос был исчерпан, и возвращаться к нему вторично не было никакого смысла.

После похорон Лукерья насовсем поселилась в квартире Бобровских и стала проживать вместе с матерью в отдельной комнате.

Светлана Сергеевна оказалась не только хорошим преподавателем, но и очень грамотным педагогом, хотя, признаться, использовала свои знания на практике она впервые. Наверное, это всё‑таки призвание, ну или дар свыше – что, впрочем, одно и то же.