Читать книгу Лунная Сага: Дорога домой - - Страница 4

Тень, которую звали Эдита, скользила по отполированному мрамору карниза, не оставляя следов. Ночь была ее союзником – безлунной и ветреной, ее шепот заглушал случайный скрип черепицы под мягкими сапогами. Воздух в богатом квартале столицы пах не пылью и нищетой, а дорогими духами, воском для мебели и все тем же страхом. Но здесь он был припрятан под толстым слоем показного величия.

Особняк лорда Бартинуса, советника короля Эльдора, возвышался перед ней как неприступная крепость из света и тщеславия. Но у каждой крепости есть свои слабые места. Ее взгляд, привыкший видеть не глазами, а инстинктом, выхватил затемненное окно библиотеки на третьем этаже. Охранные чары здесь пульсировали слабее, их ритм сбивался на стыке с дренажной трубой – ленивая работа придворного мага, уверенного в своей неуязвимости.

Эдита оттолкнулась от стены соседнего здания, совершив немыслимый для смертного прыжок через пропасть. В полете ее пальцы нащупали едва заметную трещину в кладке. Секи, сконцентрированная в кончиках пальцев, на мгновение обратила ее в ящерицу, позволив удержаться на почти вертикальной поверхности. Беззвучно, сантиметр за сантиметром, она двинулась вверх.

Окно поддалось без борьбы – защелка сдалась под натиском тонкого стального шипа и точно направленного импульса силы. Она вкатилась в комнату, замерла на ковре, вбирая в себя атмосферу помещения. Пахло старыми книгами, кожей и дорогим табаком. И еще чем-то… металлическим, острым. Знакомым.

Ее цель была здесь.

Методично, не тратя лишних движений, она обыскала кабинет. Шкафы с фолиантами, массивный стол, глобус с нанесенными звездными картами… Ничего. Сердце забилось чаще. Она ошиблась? Нет. Ее источник был точен. Шар должен быть здесь.

Взгляд упал на портрет самого лорда Бартинуса в пышном парике. Его самодовольные глаза, казалось, насмехались над ней. И тогда она заметила. Пыль на раме лежала равномерно, кроме одного места – у самого края холста. Легчайшее движение – и портрет отошел в сторону, открыв сейф, вмонтированный в стену.

Защита была серьезной – сложный механический замок, оплетенный магическими нитями. Эдита выдохнула. Магия была не ее стихией. Но сталь и терпение – да. Из складок плаща она извлекла тонкий, как паутина, набор отмычек, каждая из которых была произведением искусства кузнецов Востока. Она вставила их в замочную скважину, закрыла глаза, полагаясь на слух и едва ощутимую вибрацию металла. Минута, вторая… Раздался тихий, но такой желанный щелчок. Магические нити, лишившись поддержки механизма, беспомощно повисли в воздухе и рассеялись. Сейф был открыт.

Внутри, на бархатной подушке, лежал он. Хрустальный шар, размером с крупное яблоко. В его глубине клубился туман, в котором на мгновение мелькали и тут же исчезали образы – вспышка молнии, паруса в тумане, знакомое лицо…

Она протянула руку, чтобы забрать свое…

– Надеюсь, игра стоила свеч, воровка.

Эдита замерла, не оборачиваясь. Голос прозвучал из глубины комнаты. В кресле у камина, которое она приняла за пустое, сидел лорд Бартинус. В его руке дымилась трубка, а в другой он небрежно держал изящный арбалет, болт которого был направлен прямо в нее. Дверь в кабинет была приоткрыта, в щели мелькнули тени стражников – лорд не стал рисковать и вызвал подмогу сразу, как только понял, что в доме кто-то есть.

– Наивные детишки, – он усмехнулся, выпуская дым кольцами. – Вы действительно полагали, что сможете проникнуть в мой дом и безнаказанно уйти? Ваш Великий Дом давно выродился. Они прислали за своей игрушкой ворона, забыв, что у меня есть клетка.

Эдита медленно выпрямилась, повернулась к нему лицом. Страха не было. Была лишь холодная, обжигающая ярость. И насмешка.

– Вы правы, лорд, – ее голос прозвучал на удивление спокойно. – Мой Дом многого не учел. Например, вашего высокомерия.

Он нахмурился.

– Что?

– Они не учли, – продолжала она, делая шаг вперед, – что вы, заполучив шар, который может приоткрывать завесу будущего, непременно захотите им воспользоваться. Посмотреть. Увидеть славу своего рода… или узнать о тех, кто придет за ним.

Лицо лорда побелело. Уверенность начала мгновенно испаряться. Он понял свою ошибку.

Эдита воспользовалась его замешательством. Ее рука метнулась к поясу, и на пол полетел невзрачный камушек с вырезанной внутри спиралью – артефакт эпохи Первородных, одноразовый и бесценный.

Он разбился.

Комната взорвалась не светом, а абсолютной, всепоглощающей тьмой. Это была не просто темнота – это была пустота, вырвавшаяся на свободу, поглотившая каждый лучик света, каждый звук. Послышался подавленный крик лорда, топот растерявшихся стражников в дверях.

Этого мгновения хватило. Когда тьма рассеялась так же внезапно, как и появилась, комната была пуста. Исчезла и женщина, и шар. На полу у сейфа лежала лишь одна из ее тонких отмычек.

Ярость лорда была безграничной. Он закричал, призывая стражу. По всему особняку зазвучали тревожные гонги.

Эдита уже была на улице, как призрак, несущийся по крышам. Ее сердце бешено колотилось, не от страха, а от адреналина. Победа. Она почти у цели.

Резкая, жгучая боль в бедре заставила ее споткнуться. Она не заметила последнюю ловушку – магическую сигнальную нить на краю крыши. Ледяной ожог прошел по ноге, но не остановил ее. Хромая, она растворилась в лабиринте ночных улиц, оставляя за собой нарастающий шум погони.

***

Утро пришло тревожное и шумное. Еще до рассвета Натаниэль разбудил Луи скупой командой:

– Собирайся. Тихо. – Мальчик, не задавая вопросов, увидев жесткое выражение лица учителя, мгновенно оделся и собрал свои нехитрые пожитки.

Спустившись в общий зал, они застали там перепуганного хозяина и пару заспанных постояльцев, шепотом обсуждавших ночной переполох.

– …говорят, у самого лорда Бартинуса в особняке ограбление! – тараторил хозяин, заламывая руки. – Целый отряд стражи по городу рыщет, каждую таверну обыскивают!

Натаниэль бросил на стол несколько монет за ночлег и, не говоря ни слова, вышел на улицу, велев Луи следовать за собой. Город был похож на растревоженный муравейник. Повсюду сновали патрули, обыскивали подозрительных, вламывались в дома. Перешептывания горожан были полны слухов: «ищут рыжую женщину», «пропала реликвия», «Особняк лорда Бартинуса».

Их остановили у самых ворот. Стражники, нервные и агрессивные, были особенно придирчивы.

– Откуда? Куда? Что делали прошлой ночью? – сыпались вопросы.

Натаниэль отвечал односложно и спокойно:

– Путешественники. Учитель и ученик. Ночевали в таверне. Идем на восток. – Его холодная уверенность и видимая бедность их одежд сработали лучше любой легенды. После тщательного обыска их пропустили.

Они вышли за городские стены, и Натаниэль позволил себе едва заметно выдохнуть. Первый рубеж был пройден. Его взгляд, холодный и аналитический, скользнул по спине Луи, который уже начал оглядываться по сторонам в поисках обещанной попутчицы.

Она на задании. И теперь кто-то из сильных мира сего ее разыскивает. И она, как волк в капкане, поведет за собой погоню прямиком к нам, – мысли Натаниэля текли четко и безэмоционально. Он не испытывал гнева. Лишь холодное раздражение. Он предпочитал контролировать риски, а не таскать их с собой в виде рыжей головной боли. Этот путь и без того был опасен.

Но был и другой фактор. Луи. Мальчик привязался к ней. Она стала для него окном в другой мир, чем-то вроде старшей сестры. Разорвать эту связь сейчас – значит снова травмировать его, отбросить назад в его обучении. Слабость. Но слабость, которую приходилось учитывать. Кроме того, раз она держит путь на восток, возможно, она станет источником информации, которую он уже давно ищет.

Его решение было принято. Он продолжит играть эту игру. Он будет наблюдать. Он даст Эдите шанс, потому что ее мастерство могло быть полезным в пути. Но первый же ее промах, первая же прямая угроза для него или его ученика – и он разберется с этой проблемой. Окончательно и бесповоротно.

Впереди, у одиноко стоявшего придорожного камня, притворяясь, что поправляет сапог, их ждала Эдита. На ее лице играла легкая, ничего не значащая улыбка.

– Кажется, в городе было неспокойно? – произнесла она, как бы между делом.

Натаниэль молча кивнул, его глаза на мгновение задержались на ее плотно застегнутом плаще, под которым угадывалась скованность в движении. Он все видел. Но ничего не сказал.

– Пойдем, – лишь бросил он, поворачиваясь и устремляясь по дороге на восток.