Читать книгу Осьмушка жизни. Воспоминания об автобиографии - Сергей Белкин - Страница 42

Лётно-исследовательский институт был создан в 1941 году на базе Центрального аэрогидродинамического института (ЦАГИ), созданного пионером отечественной авиации Н. Е. Жуковским в 1918 году в Москве как развитие аэродинамической лаборатории МВТУ. В 1935 году началось строительство подмосковного отделения ЦАГИ вблизи платформы «Отдых». В связи со строительством возник рабочий посёлок, которому дали имя знаменитого передовика-шахтёра Стаханова, а в 1947 году посёлок стал городом Жуковский. Комплекс ЦАГИ – ЛИИ стал крупнейшим центром всей авиационно-космической отрасли СССР.

Возглавил ЛИИ шеф-пилот ЦАГИ, знаменитый советский лётчик и военачальник, генерал-полковник авиации, профессор, Герой Советского Союза Михаил Михайлович Громов. После его смерти институт стал носить его имя. М. М. Громов возглавлял институт всего несколько месяцев – с июня по август 1941 года. В дальнейшем начальниками института становились выдающиеся учёные и конструкторы, такие как А. Чесалов, В. Молоков, И. Петров, А. Кобзарев, Н. Строев, В. Уткин, А. Миронов, К. Васильченко.

Константин Константинович Васильченко (1926—2010) стал последним в ряду этих блистательных имён, следующим начальником ЛИИ им. М. М. Громова стал Феликс Дмитриевич Золотарёв. Чтобы было понятно, кому «на смену» был назначен Феликс, упомяну некоторые достижения К. К. Васильченко. Награждён Ленинской премией (1962) за создание самолёта МиГ-21; Герой Социалистического Труда (1982) с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот» за создание сверхзвукового истребителя-перехватчика МиГ-31. Заведующий кафедрой лётных исследований, испытаний и сертификации МФТИ, доктор технических наук, профессор, автор учебника «Лётные испытания самолётов». Руководитель ЛИИ в период 1985—1995 гг. На момент, когда Васильченко удалось сместить с должности, он был далеко не стар: ему не было семидесяти, и он был в отличной форме.

Сравнивать Ф. Д. Золотарёва с К. К. Васильченко как конкурентов на руководство ЛИИ невозможно ни по каким критериям. Тем не менее один был снят, другой – назначен. Я помню первый приход Феликса в кабинет начальника ЛИИ после своего назначения. Мы пришли вдвоём. Представлял Феликса какой-то чиновник из правительства. Моя роль никак официально обозначена не была. Просто Феликсу был нужен в этот острый момент кто-то «свой», кто будет рядом. Нас в кабинете встретил К. К. Васильченко. Вёл себя он в высшей степени корректно и достойно. Думаю, он понимал, какие рычажки и с какой целью были приведены в действие, чтобы добиться его снятия.

Обстановку в стране в это время я кратко описываю в главе «1995». Шла приватизация, и любой привлекательный объект вызывал коммерческий интерес. Одним из стандартных действий процесса приватизации или коммерциализации была замена действующих руководителей госпредприятий на персон, имеющих опыт предпринимательской деятельности в новых условиях рыночной экономики. Именно тогда у словосочетания «эффективный менеджер» появилась ироничная коннотация. ЛИИ им. Громова приватизации не подлежал, но располагал разветвлённой инфраструктурой и значительными богатствами, которые могли быть по частям и приватизированы, и проданы. Кроме того, возникший вокруг ЛИИ авиационный кластер являлся, говоря языком финансовой экономики, эффективной «воронкой», притягивающей денежные потоки.

Ф. Д. Золотарёв руководил институтом до 1998 года, К. К. Васильченко остался в ЛИИ в качестве первого советника. За это время там было проведено два авиасалона (МАКС), сформирован аэропорт «Раменское». Институт продолжал работать, думаю, что немало всего было сделано, но я там после первого визита побывал только как посетитель авиасалона. Никакого отношения к деятельности Золотарёва на посту начальника я не имел.

Став начальником ЛИИ, в «Даконо» Феликс стал бывать реже. Я же оставался «в лавке». О судьбе наших Як-42 я уже рассказал. Теперь расскажу о судьбе Ил-76.