Читать книгу Мечта - Виктория Морозова - Страница 12

После выступления с текстом о бабушке мир будто стал тише. Не вокруг – внутри.

Марго ловила себя на том, что идет по коридору и почти не слышит шагов. Люди говорили, смеялись, спорили, но все это проходило мимо, не задевая. Внутри нее было ощущение, похожее на состояние после долгого плача: пусто, чисто и странно спокойно.

Финальное испытание объявили в тот же день, ближе к вечеру. Никто не говорил громко, будто боялись спугнуть что-то хрупкое. Людей собрали в зале, уже знакомом, но теперь он казался меньше – или это Марго стала больше.

– Последний этап, – сказал человек из организаторов. – Он не про форму. Он про устойчивость.

Слово «устойчивость» отозвалось в ней чем-то неожиданным. Раньше она всегда думала, что ей ее не хватает. Что она слишком мягкая, слишком сомневающаяся, слишком зависимая от чужого взгляда. И только теперь начала понимать: устойчивость – это не жесткость. Это умение стоять, даже когда внутри все движется.

Финальное задание было коротким. Почти жестоким в своей простоте. Нужно было ответить на вопросы – вслух. Без текста. Без подготовки.

«Кто ты?»

«Зачем ты здесь?»

«Что ты будешь делать, если тебя не выберут?»

Некоторые участники выходили и ломались. Не драматично – тихо. Кто-то начинал говорить чужими словами, кто-то шутил, кто-то оправдывался. Марго слушала и понимала: каждый сейчас борется не с жюри, а с собой.

Когда назвали ее имя, она почувствовала, как внутри что-то сжалось – не от страха, а от важности момента. Это было похоже на вдох перед прыжком в воду: холодно, страшно, но назад уже нельзя.

Она вышла.

Свет был мягче, чем в прошлые разы. Или ей так показалось. Она стояла и смотрела прямо перед собой, не ища конкретных лиц.

– Кто ты? – спросили ее.

Марго не ответила сразу. Она дала себе секунду – редкую, честную паузу.

– Я человек, который долго жил чужими ожиданиями, – сказала она. – И только сейчас учится слышать себя.

– Зачем ты здесь?

– Чтобы не предать то, что во мне наконец проснулось.

В зале было тихо. Не напряженно – внимательно.

– Что ты будешь делать, если мы тебя не выберем?

Этот вопрос всегда пугал ее больше всего. Потому что раньше ответ был один: сломаюсь. Но теперь…

Марго подняла голову.

– Я все равно буду писать. Я уже знаю, что не могу не писать. Вы можете не взять меня сюда – и это будет больно. Но это больше не отнимет у меня голос.

Кто-то из жюри кивнул. Кто-то записал что-то в блокнот. Кто-то просто смотрел.

Марго поблагодарили. Она ушла со сцены без ощущения провала и без ощущения победы. Это было что-то третье – принятие.

Ожидание решения тянулось мучительно. Людей просили остаться, не расходиться. Кто-то сидел, уставившись в телефон. Кто-то молчал, сцепив руки. Лена сидела рядом с Марго, не говоря ни слова, но их плечи соприкасались – этого было достаточно.

Марго вдруг подумала, что независимо от результата она уже прошла свой внутренний финал. Все остальное – формы.

Когда начали объявлять решения, зал стал почти неподвижным. Имена звучали, как удары сердца. Кого-то поздравляли с прохождением в основную программу. Кто-то уходил, стараясь держаться.

Когда прозвучало ее имя, Марго вздрогнула.

– Маргарита… – пауза была слишком длинной. – Мы не приглашаем вас в основную программу.

На секунду внутри все оборвалось. Старый страх попытался поднять голову: вот и все.

– Но, – продолжил голос, – мы хотим предложить вам индивидуальную стажировку. Отдельный формат. Работа с наставником. Без конкурса. Без зрителей. Нам важно сохранить то, что у вас есть.

Марго не сразу поняла смысл слов. Они доходили медленно, как эхо.

«Нам важно…»

«Сохранить…»

«То, что у вас есть…»

Она почувствовала, как по телу проходит волна – не радости, не гордости, а глубокого, теплого узнавания. Ее не выбрали «в ряд». Ее заметили отдельно.

– Вы согласны? – спросили ее.

Марго кивнула. Потом поняла, что кивка недостаточно.

– Да, – сказала она. И это «да» было спокойным. Взрослым. Настоящим.

Лена сжала ее руку так сильно, что стало больно – и это была хорошая боль.

Когда все закончилось, люди начали расходиться. Кто-то радовался, кто-то молчал, кто-то плакал. Марго вышла из здания и остановилась на ступенях.

Город был тем же. Машины ехали, люди шли, небо нависало низко. Но внутри нее что-то окончательно встало на место.

Впервые в жизни она чувствовала не просто надежду, а подтверждение: ее увидели не потому, что она старалась понравиться, а потому, что она была собой.

Марго глубоко вдохнула и не стала никуда торопиться. Проход был открыт. И теперь она знала – идти можно по-разному.